Книга Психолог с дробовиком, страница 119 – Андрей Белянин

Пока еще у меня в доме есть вечно голодная дева, для которой слово «диета» равнозначно преступлению против Создателя. А мне и не трудно подать быстрый завтрак. Поэтому, заранее приготовив ленивые хачапури (обычный лаваш, творог, адыгейский сыр, специи, кусочек сливочного масла, все сворачиваем конвертом — и на сковородку), поставил рядом турку. Петербурженка пришла на запах…

Она хищно поводила носиком, передала мне в руки свой смартфон с открытым письмом на экране и, не дожидаясь команды, бросилась за стол. Четыре хачапури, каждое с мою ладонь, были схомячены минут за десять. И это она еще делала короткие перерывы, чтоб продемонстрировать мне счастливую конопатую мордашку.

Но уже за кофе с шоколадкой мы смогли вернуться к экстренной утренней теме:

— Читаем вслух. «Уважаемый Дмитрий Андреевич, наш университет благодарит Вас за…» бла-бла… «мы рады Вам сообщить, что благодаря Вашим урокам…» бла-бла-бла… «практикантка Виктория Люксембургская успешно заканчивает свое обучение…» Понятно, а что по… «Полный расчет за Ваши услуги будет произведен до конца месяца. Надеемся, сумма Вас удовлетворит и Вы не станете чинить препятствия отъезду…» Меня удовлетворит, если вы сдохнете!

Девочка дернулась, чуть не захлебнувшись кофе, и осторожно отобрала у меня свой сотовый. Видимо, я слишком громко сказал последнюю фразу. Пришлось извиниться. Не хотел никого пугать, просто не выспался, сами понимаете. Но хотя бы теперь мне была ясна суть вопроса, так как подобные письма всегда лучше читать самому, чем слушать в чьем-то пересказе.

В остальном — все ясно. Дополнения и разъяснения не требуются. Меня просто ставят в известность о прекращении нашего трудового соглашения по единоличному решению работодателя. Такое бывает, обижаться бессмысленно, жаловаться тоже некому, тем более что все это время мне регулярно платили и готовы компенсировать недополученную прибыль.

— Почему письмо для меня пришло на твою почту? — уже куда спокойнее спросил я.

— Фиг знает. Может, потому что вы на свою нечасто заглядываете?

— И не поспоришь…

На этом наш короткий разговор был прерван размеренным стуком в дверь: два длинных, три коротких, два длинных, три коротких. Полагаю, что это специально: ритмика идеально подходила под приход мрачных личностей. Те самые Старшие сестры?

— Не отдавайте меня им…

— Не пищи, как мышь перед повешеньем в холодильнике. И вот, надень. — Я взял с кухонной полки темные очки и протянул ей.

— Спиральки, серьезно⁈ Все-все, не бухчу, надеваю!

Я вооружился проверенной шпагой и пошел открывать дверь. Кто бы там ни был, они точно знают, что мы дома. Значит, совершенно нет смысла прятаться. Но я и не собирался.

На пороге стояла высокая, худощавая, если не сказать сухая, женщина в черном брючном костюме под серую водолазку, с прической «а-ля злобный завуч» и брошью в виде нетопыря на груди. Интересно, как она так ходит по нашей жаре, в таком прикиде живьем свариться можно!

Что еще? Скулы острые, подбородок вперед, нос крючком, глаза ледяные. Педагог? Ну не знаю, не знаю. Как по мне, ей бы больше подошли кожаное боди, ботфорты, маска и хлыст!

— Вы ошиблись, мадам, мазохисты живут через подъезд, на третьем.

— Мы не ошибаемся, Медвед, — фыркнула эта малоприятная во всех смыслах дама. — Вот мое удостоверение, я зампроректора по учебной части бытовой магии Университета ведьм-феминисток. Где наша ученица?