Книга Повелитель стали, страница 95 – Рейчел Шнайдер

От моего комментария его смех переходит в настоящий громкий хохот, и Блю вытаскивает голову из-под крыла. Я не сдвигаюсь с коленей Экера, но поднимаю руку, чтобы Блю мог на нее сесть. Он так нам помогал, общаясь с Экером, пока я была больна. Он точно заслужил ласку.

Он перелетает на мою руку и наклоняет голову, чтобы я его почесала, но лишь ненадолго. Затем моргает, глядя на меня, и улетает.

Почувствовав себя отвергнутой, я убираю руку.

— Он изменился.

Экер успокаивающе гладит мою спину.

— Он уже несколько дней охраняет периметр. Это не очень-то способствует охоте. Надо полагать, он полетел искать завтрак.

Справедливо.

Я переношу внимание на Экера, впервые как следует рассматривая его, с тех пор как проснулась. Его взгляд мягок, но насторожен. Несколько часов сна явно пошли ему на пользу. Вряд ли я когда-нибудь привыкну к тому, что он все время на меня смотрит.

Он продолжает водить рукой по моему позвоночнику, а когда добирается до поясницы, по моим ногам бегут мурашки.

— Тебе снились еще какие-то сны?

— Да, несколько, но они были слишком странными, чтобы я могла их понять.

Пристально глядя мне в глаза, он просит:

— Расскажи мне.

— Ну, мне снился разъяренный медведь. У него были кроваво-красные глаза, и, гонясь за мной, он бежал на задних лапах.

Экер снова разражается смехом. И почему-то этот звук кажется мне еще прекраснее, чем минуту назад.

Я легонько бью его по груди.

— Это не смешно! Это было страшно.

Но он лишь громче смеется. Раздраженная, я отталкиваю его. Он пытается притянуть меня обратно, но я отмахиваюсь от его рук. И только когда мои колени, обнаженные из-за дыр в штанах, касаются влажной земли, до меня доходит, что я нахожусь ровно между ног Экера.

Он замечает это тогда же, когда и я, и смех застревает у него в горле. Он пристально смотрит на меня.

— Как ты себя чувствуешь?

Я корчу гримасу, пытаясь сформулировать ответ. Я опускаю руки и касаюсь ладонями земли.

— Как я себя чувствую? – Мне страшно это говорить, но я не вижу причин скрывать это от него. – Странно, – отвечаю я. – Но боли больше нет.

Он реагирует на это не так, как я ожидала. Не то чтобы я ожидала какой-то бурной реакции, но я точно не ожидала непонимающего выражения на лице, как будто он совершенно растерян.

Он качает головой, и на его лице снова появляется улыбка, хотя и не такая широкая, как прежде.

— Холлис любил стращать тебя историями о медведе, которого он называл Клыкастолапым и который, по его словам, поджидал в лесу маленьких девочек в красивых платьицах.

Я хмуро гляжу на него.

— Судя по всему, твой Холлис настоящий коз…

Экер вскакивает на ноги и тянет меня за собой, прижав спиной к своей груди за долю секунды до того, как нас окружают мужчины. Они бесшумно выходят из-за деревьев, со всех сторон, держа наготове мечи и луки, нацеленные на нас. Подобно рифовым рыбам, использующим маскировку, чтобы охотиться, они одеты в зеленое и коричневое, и их одежда утыкана ветками с листьями, чтобы полностью сливаться с лесом.

Девятеро против двоих. Я видела, как Экер легко расправился с четырьмя противниками, но с девятью?

Я не стояла на ногах уже несколько дней и чувствую себя как новорожденный теленок. Рука Экера крепко обнимает меня за талию, чтобы я не упала. Я вижу перед собой воинов с клинками. Мне надо подобраться достаточно близко, чтобы вырвать у кого-то из них меч, но я слишком обессилена, чтобы совершить такое чудо, не говоря уже о том, чтобы использовать этот меч.