Книга Повелитель стали, страница 62 – Рейчел Шнайдер

Я с трудом сглатываю комок.

Она проводит пальцем под глазами.

— Сегодня я буду рыдать без остановки, да?

Я накрываю ее руку своей.

— Спасибо вам. – Я точно не знаю, за что именно ее благодарю, но сейчас это кажется мне уместным.

Она сжимает мою ладонь своими.

— Тебе нужно подготовиться к церемонии.

Я встаю, чтобы проводить ее до двери, когда в голову приходит идея.

— Прежде, чем вы уйдете, – говорю я, отворив дверь, – могу я попросить вас об одолжении?

Она застигнута врасплох, но все равно улыбается.

— Разумеется.

— Мне очень неловко, но после церемонии принято что-то дарить своей Паре… Я… Я еще не получала официальное жалованье как гвардеец…

— Ни слова больше, – перебивает она. И, запустив руку в кошель на бедре, кладет на стол горсть монет. Я стараюсь не пялиться на огромное количество золотых и серебряных монет в мешке, после чего она подмигивает и уходит.

Пока я закрываю за ней дверь и запираю ее на щеколду, в комнату с крыши возвращается Экер. Он пристально смотрит на платье, лежащее на кровати, затем его взгляд быстро перемещается на меня. Это действительно красивое платье, самое красивое, которое у меня когда-либо было. Пожалуй, мне стоило бы поблагодарить за это Фейлин.

Я швыряю его на пол.

— Мы дождемся начала Церемонии Сопряжения и улизнем в одной из рыбацких лодок. Это единственное время, когда причалы не будут охранять.

Экер улыбается, а затем с его губ слетает непристойность:

— Жаль. Я с нетерпением ждал возможности тебя связать.

Я жду, сколько могу, но птица так и не прилетает. С тех пор как у меня поселился Экер, она не появлялась. Но я все равно оставляю для нее миску сушеного сыра и орехов. Этого хватит только на один прием пищи, но это все, что я могу предложить на прощанье. Я забираюсь в свою комнату через окно в последний раз.

Экер заканчивает наполнять бурдюк водой и пристально смотрит на меня, засунув его в вещмешок.

Ветер доносит до нас музыку, возвещающую начало церемонии.

— Сейчас? – спрашивает Экер. Я киваю. Но сначала…

Я достаю самый старый альбом из стопки возле кровати и открываю его на странице, которую заранее заложила. Этот альбом я получила в одиннадцать лет, и именно тогда я начала вести дневник. Я кладу его на кровать.

Затем я открываю следующий альбом, который писала, когда мне было двенадцать лет. А затем тот, что в тринадцать.

Я повторяю это до тех пор, пока вся кровать не заполняется набросками с одним и тем же изображением, последний из которых я сделала сегодня. Пологие, поросшие травой холмы, тянущиеся насколько хватает глаз. Те самые холмы и травы по пояс, которые снились мне всю жизнь, – вот ответ на вопрос, почему я ухожу и куда направляюсь.

Домой.

Я скорее чувствую, чем слышу, как Экер резко втягивает воздух.

Окинув взглядом комнату, в которой я находила утешение большую часть жизни, я открываю дверь. Переходы пусты, но снизу доносятся гул голосов и музыка. Наступили сумерки, и вдоль дороги горят фонари. Сильный ветер развевает пряди волос, выбившиеся из моей косы.

— Держись позади, – приказываю я.

Не то чтобы это поможет скрыть рост Экера. Он совершенно не похож на элэха – темные волосы вместо светлых, карие глаза вместо серых. Одежда кента, которую он выстирал и высушил, чтобы она выглядела более или менее чистой, тоже не помогает делу.