Книга Повелитель стали, страница 104 – Рейчел Шнайдер

Я резко поворачиваюсь.

Две пары глаз смотрят на меня, и в них отражается замешательство. Я не просто слышу, как Экер ест. Я чувствую это. Ощущаю ее вкус.

Экер быстро окидывает меня взглядом, прежде чем сосредоточить внимание на еде. Он впервые за несколько недель смог нормально поесть, но все-таки старается не выглядеть как голодный стервятник, когда кладет в рот небольшой кусок мяса и жует. Ничего себе, он даже пользуется вилкой.

Невозможно отрицать, что я проникаю в сознание Экера. Похоже, магия проявляется сама по себе. Наверное, она больше похожа на дар Вэда – лесного оракула, – чем на дар Экера, как я надеялась. Скорее всего, проникнуть в сознание Экера мне легко потому, что мы сблизились за последнее время.

Я не могу представить худшего дара.

Ладно, могу – еще хуже было бы не иметь возможности контролировать мое тело, которое может воспламеняться до такой степени, чтобы сжечь одежду. Быть оракулом почти то же самое. Почти.

Дверь домика отворяется, и входят немолодой мужчина и паренек, скорее всего, муж и сын Фии – об этом говорит то, что Экера их появление ничуть не беспокоит.

— У меня хорошая новость. – Войдя, немолодой мужчина останавливается, увидев меня в гостиной. Повернувшись, он прижимает руку к груди и отвешивает мне поклон, еще более долгий и низкий, чем Фия, и меня пробирает дрожь, я будто чего-то не понимаю. – Меня зовут Йорген, – говорит он, выпрямляясь. – Я рад, что у тебя все хорошо.

Не зная, какие здесь обычаи, я отвешиваю ответный поклон.

— Спасибо.

Его сын настроен менее воодушевленно и лишь слегка кивает мне в знак приветствия, и я испытываю от этого облегчение.

Фия поднимается, чтобы поприветствовать мужа поцелуем в щеку, а затем зовет сына поесть. Ему не больше шестнадцати, но выглядит он как взрослый мужчина. Он открыто демонстрирует неприязнь ко мне и Экеру, нарочно обойдя нас стороной.

— И что за новость? – спрашивает Фия, выдвинув для мужа стул.

Он качает головой и снимает вязаную шапочку, убирая за уши выбившиеся седые пряди.

— Мы нашли пару лошадей.

Это привлекает внимание Экера. На лице Фии отражается недоверие.

— Нашли?

Йорген устремляет на нее взгляд, как бы говорящий: не спрашивай, ответ тебе не понравится. Она недовольно цокает языком.

Экер отламывает кусочек хлеба и обмакивает его в соус.

— Значит, есть и плохая новость? – спрашивает он, положив хлеб в рот.

— Ходят слухи, что неподалеку от берега разбилась лодка, а в лесу нашли убитых мятежников. – Он переглядывается с женой, словно ведя с ней мысленный диалог. – Десять человек. И половина из них была изувечена. У них были вырваны глаза и языки.

За столом повисает напряженное молчание.

Взгляд Экера быстро перемещается на меня. Стало быть, одному из них удалось спастись, а Блю действительно жуткое существо. Экер медленно расплывается в улыбке, будто говоря: я был прав. Мне даже кажется, что в его взгляде мелькает нечто, похожее на гордость.

— Некоторые горожане объединились в охотничий отряд. Есть опасения, что кента вторглись снова.

Снова?

Он сообщает эту информацию так, будто она должна нас беспокоить, но Экер и бровью не ведет, продолжая обмакивать хлеб в соус.

— Формально, так оно и есть, – говорит он, устремив на Йоргена взгляд, как бы говорящий: давайте будем честны. – Мы возьмем только одну лошадь, и завтра к вечеру нас здесь уже не будет.