Онлайн книга «Тайна кровавой ночи»
|
— Ну, одежда, скажем… Ведь здоровались мы… Иной раз даже разговаривали. Лицо его хорошо знаю, походку изучил. Он это был, он! Никакого сомнения, — вполне убедительно произнес Тимофей Игнатьевич и мотнул головой. Мол, коли нет ему веры, зачем задавать вопросы? — Хорошо, — дописал показания Боборыкина в протокол допроса Иван Федорович и протянул его допрашиваемому: — Прочтите и поставьте внизу свою подпись. Дальше произошло следующее, малозначительное на первый взгляд обстоятельство, которое, однако, заметил Иван Федорович. Когда судебный следователь Воловцов протянул бумагу Боборыкину, тот, сильно сощурившись, так близко поднес ее к глазам, что едва не коснулся носом ее поверхности. Ивану Федоровичу стало ясно: учитель арифметики близорук и ни черта не видит без очков! Тогда как в таком случае он сумел разглядеть, да еще с дальнего расстояния, что с ребенком в вечер убийства был именно его сосед Зиновий Шиманов? И если Шиманов под следствием в городе Козьмодемьянске, находящемся от Казани за двести с лишним верст, почему Боборыкин назвал именно его? Уж не от себя ли учитель арифметики таким образом — а почему бы и нет? — отводит подозрение? — А где ваши очки? — задал вопрос судебный следователь и в ожидании ответа невольно заметно напрягся, поскольку минутою ранее вспомнил описание места преступления и одну весьма существенную деталь: в спальне Корякиных в луже крови лежало не только орудие убийства — утюг, но и сломанные очки… — Да потерял где-то, — последовал ответ. — Никак не могу вспомнить, где именно! — А не припомните ли, когда вы их потеряли? — мягко и будто бы ненароком поинтересовался Иван Федорович. — Дня два или три дня назад, — неуверенно ответил Боборыкин. — Может, четыре… Я точно уж и не помню. «Да уж, конечно, “ не помню”… — Судебный следователь по особо важным делам внутренне усмехнулся. — А не те ли это самые очки, утерянные учителем арифметики, были обнаружены в спальне Шимановых в лужице крови рядом с окровавленным утюгом, каковым убийца Оксаны и Юлии до этого избивал Эльвиру Максимовну? — подумалось Ивану Федоровичу, и он снова внимательно посмотрел на своего собеседника. — Если это его очки (ну, а чьи еще?), стало быть, либо он и есть убийца, либо это его принял за любовника своей жены Зиновий Шиманов и так разозлился, что начал убивать». Так или иначе, Тимофей Игнатьевич Боборыкин, скорее всего, был в день убийства сестер Оксаны и Юлии Корякиных и нанесения увечий Эльвире Шимановой в их доме. И его непременно следовало задержать. Иван Федорович посмотрел на городового, скучающего на соседнем стуле, и поинтересовался: — Вы там не маетесь, милейший? — Никак нет, ваше высокоблагородие, — подобострастно ответил полицейский. — Служба! — Ну тогда возьмите под стражу Тимофея Игнатьевича Боборыкина, подозреваемого в убийстве сестер Оксаны и Юлии Корякиных и нанесения увечий Эльвире Шимановой. Мы вместе сопроводим его в городское полицейское управление, — распорядился судебный следователь. — Надеюсь, вам не претит наше общество? — посмотрел он учителя арифметики. — Позвольте, за что! — вскочил со своего место Боборыкин. — Я ведь ничего не делал! — Это мы и хотим выяснить. Если вы никак не причастны к этому злодейству, то вам не стоит беспокоиться. |