Книга Домашний арест, страница 92 – Ники Руа

Наевшись пиццей, мы переместились в спальню. Кровать у Никиты была большая и удобная.

— Лежи. Теперь моя очередь доставить тебе удовольствие, — я стащила с него боксеры.

У меня было ещё одно правило: никакого минета в первую близость. Чтобы парень не счёл чересчур развязной. Да мне и самой требовалось чуть больше времени, чтобы в достаточной степени раскрепоститься для столь интимного действия.

Но с Никитой я чувствовала себя так легко и свободно, что сделала это. Видеть и ощущать, как он отзывается на мои ласки было в высшей степени возбуждающе.

— Иди сюда, — прошептал Никита, гладя её волосы. — Я хочу тебя.

Когда наши лица оказались друг напротив друга, он поцеловал меня долгим глубоким поцелуем, после чего ловко вынул из лежащей на прикроватной тумбочке коробки презерватив.

Второй раз был ещё лучше первого: разные позы, бесконечное удовольствие. Потом мы лежали в обнимку в постели. А потом Никита принёс ещё вина. Мы пили, веселились, смеялись, целовались и опять пили.

— М-м… я снова тебя хочу, — он приник к моим губам, а рукой стал умело ласкать внизу, доводя до изнеможения.

— Я тоже тебя хочу, — пробормотала я, постанывая от удовольствия. — Не могу уже…

Никита, склонившись надо мной, потянулся за презервативом.

— Закончились, — разочарованно ахнул он. — Давай попробуем без них.

— Нельзя же… — неуверенно прошептала я. — Беременность, болезни.

Я продолжала обнимать его, отчаянно желая, чтобы скорее он оказался внутри.

— Я ничем не болею, а ты?

— И я.

— Тогда нет проблемы, — Никита легонько улыбнулся и поцеловал меня, сладко и нежно. — Не бойся, я выну его вовремя. Без резинки будет намного лучше, больше ощущений.

Я никогда не позволяла себе подобный риск, но эта ночь и правда была какой-то особенной. Конечно, свою роль сыграло вино, из-за которого я потеряла почти весь контроль над собой. Однако, прежде всего, сработала влюблённость. Ощущение того, что он — тот самый. А значит, ему можно доверять.

Я прижалась к его бёдрам и раздвинула ноги, давая понять, что согласна. И всё шло прекрасно, казалось, ещё лучше, чем во второй раз. А потом… потом Никита сказал:

— Ой.

Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок паники.

— Ты же говорил… — начала я и запнулась. Осознание произошедшего накрыло резко и с головой.

Никита отстранился и растерянно заморгал.

— Прости, я, наверное, слишком сильно тебя хотел, — стал оправдываться он, сев на постели. — Я правда ничем не болею. И не сплю с девушками без презерватива. Я только в этот раз не удержался. Ты… ты не переживай, с одно-то раза точно не залетишь. Всё нормально. Ладно?

— Ладно… — расстроенно согласилась я. А что теперь было делать? Не ссориться же с ним. — Я пойду в душ. Попробую всё с себя смыть.

Когда я вернулась из душа, Никита уже успел одеться и курил на балконе, встречая рассвет.

— Э-эй, идём сюда, — он широко улыбнулся, приглашая меня в свои объятия. — Небо ясное, будет опять жара. Люблю жару, так неохота улетать в командировку.

Он говорил это как ни в чём не бывало, как будто десять минут назад ничего не произошло. И его уверенность передалась мне. Действительно, шансы забеременеть с одного раза ничтожно малы.

— Ты же вернёшься ровно через неделю, да? — спросила я.

— Ага, — Никита затянулся сигаретой. — Кстати, ты давно была в планетарии? Всё хочу туда сходить.