Книга Фиктивная жена. Беременность вне договора, страница 55 – Анастасия Иванова

— Нет.

Готов кинуться на друга. Никогда не был драчуном, но Анька дурно на меня влияет.

— Остынь, — Дёма поднимает руки вверх, — она не хочет тебя видеть, но ты можешь ей написать. Для начала.

— Написать. Для начала, — как попугай повторяю последние слова друга, обдумывая их.

Что за школьные игры? Какое на хрен написать?

— Тебе надо с ней как-то налаживать контакт, а иначе вот, — стучит пальцем по документам на развод.

— Я тебя понял.

Встаю из-за его стола, хочу уйти, но друг останавливает. Напоминает про чёртовы бумаги на развод. Стиснув зубы, забираю документы. Взгляд снова останавливается на визитке адвоката, прикреплённой к документам — хорош, зараза. И как только Дёме удалось его уговорить взяться за дело? Мне отказал из-за высокой загруженности.

Домой возвращаюсь в дурном настроении. С единственным желанием: нажраться.

— Стасик, ужинать будешь? — встречает тёща.

— Не голоден.

— Ты нашёл Аню? Что за блажь ей в голову ударила? — осуждающе качает головой, — так стыдно за неё. Ты для неё всё делаешь, а она не совсем не ценит.

Смотрю на тётю Валю — знаю её всю свою жизнь, но такое ощущение, что вижу впервые. Словно раньше видел её через тёмные очки. Не замечал, как она относится к дочери.

— Вы совсем не любите свою дочь? — спрашиваю вполне серьёзно.

Тётя Валя растерянно хлопает глазами.

— В смысле?

— В прямом. Я только сейчас понял, что ни разу не слышал от вас доброго слова в сторону дочери, зато упрёки всегда звучат. Вот я и интересуюсь, вы совсем не любите свою дочь?

Лицо женщины покрывается красными пятнами. Она открывает и закрывает рот, но слов для ответа не находит.

— Мой водитель вас завтра проводит до вокзала, — предупреждаю, прежде чем оставить её одну.

Заглядываю на кухню, чтобы прихватить бутылку огненной воды, и сваливаю к себе. В комнате почти сразу натыкаюсь на собственное отражение в зеркале. Убогое зрелище. Становится тошно от самого себя. Не выдерживаю и разбиваю к чертям зеркало. Только облегчения это совсем не приносит.

Кручу в руке телефон. Хочу написать Ане, но я совсем не знаю, с чего начать. Когда я последний раз кому-то сообщения строчил?

Да и что я напишу?

“Привет, как дела?” или “Возвращайся”

Бред.

Раз сто открываю и закрываю мессенджер. Начинаю печатать и всё не то. Удаляю.

Чувствую себя пацаном малолетним. Хотя нет, даже пацаном я и то увереннее был.

Сбегаю в ванную. В надежде, что холодный душ приведёт меня в чувства. Но ни хрена, легче не становится. Продолжаю в голове крутить разговор с Дёмой. Вспоминаю наше общение с Аней.

И меня начинает разрывать на куски.

Кажется, я всё безвозвратно просрал.

«Прости», — пишу лишь одно слово и отправляю Ане.

В очередной раз ухожу от Дёмы ни с чем!

Друг, блин, называется!

Он упрямо отказывается идти мне навстречу. Я не прошу чего-то сверхъестественного. Всего лишь хочу узнать, где он прячет Аню. Думал, она у них дома, припёрся туда с цветами для Аньки, ну и для Дани. Мелким тоже подарки принёс — идеальный гость, в общем.

Только жена друга ТАК на меня посмотрела, что невольно захотелось прикрыть лицо руками, опасаясь получить по нему моими же букетами.

Дёма же явно веселился. Улыбку тянул от уха до уха. Но где Аня так и не сказал.

— Серьёзно? Ты думаешь, я настолько наивен, что привёл бы её к нам, зная, что сюда ты в первую очередь нагрянешь?