Книга Я не хочу с тобой дружить, страница 40 – Стася Лис

— Так вот, этот Канунников говорит, ты его избил в прошлом году, — продолжила я.

Никита же пожал плечами.

— Не было такого, — абсолютно серьёзно ответил он. Но заметив мой взгляд, полный недоверия, поспешил оправдаться. — Вер, я может и задиристый, и вообще мало похож на ангела, в отличие от тебя, — он подмигнул мне.

Я закатила глаза. И это мне говорит человек, который краснел от флирта со Светкой.

— Но в прошлом году, — продолжил он, — я не мог никого избить по той простой причине, что меня не было в России. Я только несколько месяцев назад прилетел из Португалии. Браслет, кстати, тоже оттуда. Специально для тебя выбирал.

— Из Португалии? — опешила я от такой новости. — Что ты там делал?

Никита как-то замялся. Помял бумажку от бургера. Нога его невольно затряслась под столом.

— Ты только не злись, ладно? — произнёс он. — Я в общем соврал тебе тогда в недострое…

— Соврал? Зачем?

— Сам не знаю, — пожал он плечами. — Батя у меня правда программист, но живёт в Португалии. В Лиссабоне. Мама подала на развод — отец якобы ей изменил — забрала меня, и мы вернулись в Россию. Я на неё злился типа. Поэтому ляпнул не подумав. Но потом понял, что если бы не этот переезд, мы бы, наверное, никогда и не встретились больше. — Никита смерил меня оценивающим взглядом. — Прекрасно, теперь ты меня не веришь.

— Скажи что-нибудь на португальском, — потребовала я.

Он немного помялся, но всё же произнёс, глядя мне в глаза:

— Quando compreender a tradução, diga "sim". E moverei as montanhas para que não nos impeçam de voltar a desfrutar do nascer do sol.

Я отвела взгляд.

— И что это значит?

— Ничего. Детская считалочка, — отмахнулся он.

— Я точно могу тебе верить? — уточнила я. — И ты не сказал какую-нибудь абракадабру?

— Открой переводчик. Надери любой текст на русском, но не говори мне перевод. Я скажу, как это произносится на португальском, а ты послушаешь переводчик и сравнишь, — предложил Никита.

Я решила не проверять его повторно. И поверить на слово.

— Значит, Женя с компашкой соврали? Зачем им это? — спросила я, заранее понимая, что ни у кого из нас ответов на этот вопрос не было.

Никита в подтверждение моих слов пожал плечами.

— Не нравлюсь я им. Вот и всё.

— Они парня из другой школы к своей лжи подключили. Между прочим, он был весьма убедительным, — я почесала кончик носа.

— Ты его хорошо знаешь? Можем с ним поговорить, — предложил Никита.

Я покачала головой.

— Наверное не стоит. Они настроены не особо дружелюбно, и вряд ли захотят просто поболтать.

— Но попробовать можно, — продолжал настаивать Никита. — Не бойся, не собираюсь я им морды бить. Только если они первые не начнут.

— Так они начнут, — уверенно сказала я. — На физре они специально тебя провоцировали. Сказали, что у тебя проблемы с агрессией.

Никита странно замер. Поморщился. Потёр шею.

— У меня? Да я и мухи не обижу.

Я скептически выгнула брови.

— Ты опять ногой барабанишь, — напомнила я.

Никита тут же прекратил.

— Это нервное, — отмахнулся он. — В общем, никакого Канунникова я не знаю. В других школах, кроме твоей, я не учился. Потому что только недавно вернулся. Могу билеты показать для верности. А с этим… — он поморщился, имея в виду Женю и его друзей. — Поговорить надо. Иначе они продолжат хрень нести.