Книга Я не хочу с тобой дружить, страница 14 – Стася Лис

— Если ты мне не веришь, предлагаю самим поймать вора, — он подошёл ко мне.

— Интересно как?

— Когда, ты говоришь, произошла кража?

Я нахмурилась, припоминая слова Канарейкина.

— Женя сказал — вчера после физры. Я её пропустила, поэтому сама ничего сказать не могу.

— Физра была последней? — уточнил Никита. Я кивнула. — Тогда я точно не мог ничего украсть, потому что ушёл после четвёртого урока.

Вчера пятым уроком был иностранный язык. Никита вроде изучал немецкий, мы со Светкой со второго класса учили английский. Поэтому я не знала, был ли Сафронов на уроке или нет.

— Ты мог вернуться, — в шутку предположила я. Никита шутки не оценил.

— Это глупо. Уйти после четвёртого, чтобы потом вернуться на физру? Так ещё больше наводишь на себя подозрений. Надо рассматривать тех, кто остался до конца.

На физру осталось больше половины класса. Кроме меня и Светки (мы вместе решили прогулять), если верить Никите, вроде ещё Лиза Носова уходила. Больше никого не вспомню.

— Значит, они отпадают, — тут же сказал Никита, когда я поделилась наблюдениями. — Остаётся слишком много подозреваемых. Ты точно уверена, что никто из них не мог ничего стащить?

Я отрицательно покачала головой. В своём классе я уверена на сто процентов. Раньше подобных инцидентов не возникало. До одиннадцатого класса мы дошли практически полным составом. Странно, что кто-то под конец учёбы решил таким способом насолить остальным.

— Ты новенький, поэтому первый подозреваемый, — пожала я плечами. Никита невесело улыбнулся.

— Поменяем тактику и устроим засаду. Шум никто не поднимал. Преступник чувствует себя безнаказанным. Тем более все думают на меня. Даже ты, — я почувствовала себя пристыженной. Нет, а на кого мне ещё думать? Я же не знаю, какой Никита на самом деле. Сужу только по его поступкам. — Он чувствует полную свободу действий, — продолжал Сафронов. — А значит завтра сделает следующий ход.

— Завтра? — не поняла я.

— Завтра физра третьим уроком, — напомнил он. — Мы его подкараулим и поймаем за руку, а потом представим на суд классу.

— Почему ты уверен, что преступник снова попытается украсть именно на физре? — скептически спросила я.

— Не уверен, — признался Никита. — Если не получится — придумаем другой план. А пока я хочу получить награду за свою гениальность.

В его глазах загорелся игривый огонёк. Пока я соображала, что там ему за награду приспичило от меня получить, Никита наклонился и поцеловал меня. Поцелуй вышел неумелым и горьким от табака. Я широко распахнула глаза от удивления и застыла. Что он себе позволяет? Он оторвался от моих губ с довольной улыбкой. Ему ещё и весело?! Во мне закипала злость. Я сжала кулаки и врезала ему в челюсть. Чтобы не улыбался больше. Развернулась и пошла к остановке.

Я разозлилась не потому, что Сафронов украл мой первый поцелуй. А потому, что этот засранец действовал исподтишка. Он воспользовался моментом, когда я расслабилась. Но кто ж знал, что он станет лезть с поцелуями? Я не знала. Ух, я даже смотреть в его сторону не могу.

На следующий день Никита пришёл в школу с небольшим синяком под нижней челюстью. Никифоров тут же начал его подначивать: мол, получил по заслугам, правда, от кого — никто не знал и предполагать не спешил. Но как же этот клоун был прав. В одно место теперь пускай идёт со своими свиданиями!