Книга Я тебя (не) забуду, страница 75 – Татьяна Никандрова

— Как ты себя чувствуешь? — обращаюсь к маме, опускаясь на стул.

Домработница меж тем негромко интересуется, что я буду есть, но я ограничиваюсь чашкой кофе.

— Неплохо, — родительница поджимает бледные губы. — Спала сегодня хорошо. Даже не просыпалась ни разу.

На следующей неделе у мамы назначена серьезная операция, которую мы все ждем с замиранием сердца. Папа позаботился: договорился с лучшими онкологами, привлек специалистов из столицы. Очень надеюсь, что его усилия не пройдут даром и в скором времени мама действительно пойдет на поправку.

В последнее время мы все измождены. Как физически, так и морально. Новость о мамином диагнозе застигла нас врасплох, и мы только-только постепенно приобретаем ориентацию в пространстве. Привыкаем к новой реальности. Учимся существовать в новых условиях.

Вчера я впервые за почти две недели отлучилась от близких. Сорвалась в ночную неизвестность, просто потому что поняла: больше невмоготу. Сердце разрывалось от противоречий. С одной стороны, семья, которой нужна моя поддержка. С другой — чувства, которые каждый божий день раскаленным железом прожигают грудную клетку.

Конечно, мне хотелось увидеть Кирилла. Ведь он нравится мне. Действительно нравится! Но идти на поводу у собственных желаний в контексте маминой болезни казалось мне чем-то аморальным, постыдным, глубинно неправильным…

Ну какие к черту парни, когда моя любимая мамочка проходит черезтакое?..

А потом я дала слабину. Сдалась. Малодушно решила, что одна-единственная ночь не сыграет такой уж большой роли…

Но она сыграла. Изменила меня на клеточном уровне. Перевернула мою жизнь с ног на голову. И теперь я совершенно не понимаю, как мне быть дальше…

Кидаю быстрый взор на отца. Он выглядит по обыкновению безупречно, и только темные круги, пролегшие под глазами, выдают то, что на самом деле покой ему только снится.

— Ты сегодня дома? — интересуюсь я, обхватывая пальцами обжигающе горячую чашку.

Папа коротко ведет подбородком из стороны в сторону:

— Нет. Нужно будет отъехать на встречу.

В последнее время он работает даже по выходным. И это еще один тревожный звоночек.

— Не задерживайся, ладно? — прошу мягко. — Мы ведь хотели «Вокзал для двоих» сегодня посмотреть.

С тех пор, как стало известно о мамином диагнозе, семейный досуг вышел на первый план. Для каждого из нас. Мы вместе гуляем по поселку, играем в настольные игры и пересматриваем старые советские фильмы, которые отзываются в душе всплесками тепла и ностальгии.

— Хорошо, — кивает отец. — Постараюсь быть к ужину.

Я вздергиваю уголки губ, радуясь такому ответу, а отец тем временем продолжает:

— Ты в курсе, что Саша Лейтман возвращается домой в будущем месяце?

Опять двадцать пять. Снова Саша Лейтман. И как родителям только не надоедает крутить по кругу одну и ту же заезженную пластинку?

— Ну да, — бросаю равнодушно. — Ты, кажется, упоминал об этом.

— Тебе надо будет встретиться с ним. И провести время.

Я застываю с вытянутыми к чашке губами.

Что значит «надо»? С каких пор у нас в разговорах фигурируют настолько категоричные формулировки?

— Встречусь, если будет время, — сдерживаю порыв недовольства. — Хотя, боюсь, в будущем месяце мне будет не до него.

Красноречиво кошусь на маму, которая с неестественным интересом разглядывает содержимое своей тарелки.