Книга Невинная. Во власти бандита, страница 91 – Мия Бравос

Со мной все иначе. У меня есть ты. И только ты имеешь надо мной власть, малыш. Ты мой любимый мужчина, — выдает ангел.

Плачет.

Огромные капли слез ручьем текут по личику.

— Не уходи. Есть только ты. Один. Единственный. Только с тобой. Хоть в рай, хоть в ад, но только с тобой.

— Со мной жизни не будет. Шаграев вернулся, и не один. Он пришел с целью мстить. Скинуть короля с трона. Я бандит. Этого уже не изменить. Ты была права. Со мной тебя ничего хорошего не ждет. Норманн достаточно извалял тебя в грязи и крови.

Мы смотрим друг на друга несколько минут в полном молчании.

— Поцелуй меня, — требует королева.

Я люблю тебя, Богданова. И дело не в сексе. Секс — это лишь удовлетворение похоти. Не в твоей неземной красоте. Нет! Я тебя не глазами люблю. Сердцем.

Ты нереальная.

Единственная, не приклонившая колено.

Гордая.

Я готов служить, покорно склонив голову. Биться за тебя до последней капли крови, до последнего вздоха. Я тебя чувствую. Где-то глубоко внутри.

Всё понимающая и прощающая. Желанная. Бросившая вызов королю. Под кожу пробралась.

Связаны накрепко невидимой нитью судьбы. Разум мой поработила.

Богиня.

Моя женщина.

Ульяша, — заключаю ее в объятия. Действую осторожно. Больничный халат задирается выше талии, оголяя пластырь. Внутри опять кипятком все ошпаривает. Ее боль — моя незаживающая рана. Молчи, — впечатывает в мою грудь маленький кулачок. — Я знаю, что надо делать. Я девочка Норманна и кое- что придумала. Спрячь меня. Увези за край моря. За самый горизонт. Я буду ждать твоей победы. Волчонок на все согласна, только не отталкивай меня.

Закрывает мой рот поцелуем. Пытаюсь разорвать контакт, но кукла вцепляется пальчиками в волоСЫ.

— Норманн никогда не проигрывает, — выдыхает в губы. — У нас все получится, — твердо заявляет мой бесстрашный воин. Маленькая. Хрупкая. Смешная, но такая смелая. Сильная. Решительная.

Покорила. Приручила.

— Мы пойдем до... - врываюсь внутрь языком. Моя атомная бомба. Скучал. Наши языки соприкасаются. Сплетаются. Вкуснющая. Ульяна — самая изощренная пытка. В ее присутствие мне сложно говорить, сложно думать и невозможно дышать. Она прикасается к коже, моментально оставляя ожоги. Богданова затянула меня в горящую бездну. Я пытаюсь ее оттолкнуть, все тщетно.

Маленькая моя.

Сладкая.

Дурман.

Чистый кайф.

Невинная.

Непорочная.

Будь по-твоему, волчонок. Я укрою тебя ото всех. А затем Норманн сойдется в смертельной схватке.

Глеб

— Поехали, — идём к машине под пристальным взглядом Полины Андреевны. Разговор с матерью так и не состоялся. Она заботилась об Ульяне, поддерживала, но между нами попрежнему пропасть и недосказанность. В глубине ее души я навсегда останусь убийцей. Сыном, не оправдавшим надежд и чаяний.

Поспешно закрываю дверь.

— Надеюсь, я тебя не озадачила своей просьбой? Там остались кое — какие вещи. Они дороги мне, как память об отце.

— Никаких проблем. Немного прокатиться нам не помешает, учитывая, что в ближайшее время ты будешь в добровольном заточении Только я боюсь, что новые хозяева выбросили все на помойку, — голос Ульяны совсем стихает. Мне надо было раньше об этом позаботиться. Ты ошиблась. Я оплатил аренду на год вперед. Зачем? Чувствовал, что рано или поздно ты сбежишь, — пристегиваю ее ремнем безопасности. — Все твои вещи в полном порядке — Спасибо, Глеб, — смущается. — Можно я немного посплю?