Книга Раб, страница 113 – Алексей Аржанов

Я решаю ничего не отвечать.

— Не надумывай себе ничего лишнего, Сандэм. Я не использую тебя, как игрушку. Я лишь подумала, что нет ничего противоестественного в том, чтобы давать своему слуге поручения, которое автоматически является и поощрением. Если нам обоим это нравится, то в чём проблема?

Я молча мотаю головой. Действительно, а в чём проблема? Грех жаловаться, мне это действительно понравилось. Проблема в том, что я всего лишь один раз в жизни почувствовал себя использованным. Прямо как Линетт.

Я хорошенечко ударяю себя по щеке, выбивая из глупой башки все ненужные мысли. Райолин ошарашенно смотрит на покрасневшую от удара скулу.

— Комары, — коротко отвечаю я на её немой вопрос.

* * *

Ты получил +5 к пределу Выносливости.

Выносливость: 200/605 единиц. (33 %)

Изучаю местную флору и фауну ты получил 100 XP

Шкала опыта: 25155 / 28000 XP.

Да, на флору и фауну я сегодня нагляделся. Один лис, на котором мне пришлось испытать свой клинок, чего стоит. Чуть сапог мне не порвал! Ну и ладно, лишние 40 очков опыта на дороге не валяются.

Когда мы наконец выбрались из нескончаемых дебрей уже совсем стемнело. Способности Райолин ориентироваться на местности можно только позавидовать — мы вышли на перекрёсток, неподалёку от которого сияла во тьме одинокая таверна.

— Здесь и переночуем. Утром двинемся дальше. К поместью Лурука доберёмся аккурат к вечеру.

— Ты уверена, что смерть Лурука и его семьи не отменяет Маскарад, который собирались провести у них в особняке? — спрашиваю я.

— Сирвийская империя, Сандэм, — почти по слогам произносит Райолин. — Ты постоянно забываешь, где находишься.

Мою голову посещает мысль о том, что Райолин подозрительно объективно мыслит о Сирвийской империи. Будто ей есть с чем сравнивать. Я — ясное дело, но она-то откуда получила такую ширину мышления?

— Ты когда-то жила за пределами Сирвии? — спрашиваю я на подходе к таверне.

— Не лучшее время для разговора об этом. Мой покойный муж был не отсюда, — уклончиво отвечает Райолин. — Поговорим об этом в другой раз.

Я распахиваю дверь в таверну и пропускаю свою госпожу. Шум от пьяных голосов резко затихает, но практически сразу же возобновляется. Людей в зале немного — пятнадцать по моим подсчётам — и все пятнадцать пар глаз время от времени бросают на нас косой взгляд. Делают вид, что не обращают на нас внимание, но тщетно. Я привык ловить опасные взоры в рабском лагере. Первое время даже спать было страшно — всё казалось, что недоброжелатель глотку вскроет. С пьяницами в таверне всё куда проще.

Мы подходим к хозяину, Райолин кладёт на стойку мешок с медными монетами и многозначно кивает. Судя по всему, она останавливается здесь уже не в первый раз и с владельцем Эдельгейз знакома.

— Два человека, на одну ночь.

— Здесь ровно в два раза меньше, чем нужно, — говорит владелец, заглядывая в мешок.

— Один номер на двоих, — уточняет Райолин, явно раздражаясь недогадливости владельца. Я практически почувствовал запах слова "бозопрат", которое она проглотило в последний момент.

— Как вам угодно. Что-то выпить или отведать желаете? — спрашивает владелец, убирая мешочек куда-то под стойку.

— Две бутылки красного альбгинского вина, — кладя монеты на стол, говорит Райолин.

— А я бы отведал тебя, принцесса, — неожиданно произносит чей-то голос прямо за моей спиной. Я оборачиваюсь и вижу рослого уродливого мужчину в лёгком кожаном одеянии. Куртка и штаны покрыты дырками и порезами — явно не от старости одёжка потёрлась. Это следы от ударов. И когда он успел подкрасться? Могу поклясться, что он секунду назад сидел за столом со своими дружками в противоположном углу зала. — Хотя какая там принцесса… Королева! Судя по возрасту.