Книга Чокнуться можно! Том 2, страница 87 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

За домом располагался большой неухоженный участок, а слева от него — сад.

Эх, а ведь отличное место для дачи! Запущенная земля, но если поработать здесь недельку-другую и дом отремонтировать — будет загляденье. Я бы на самом деле с радостью приобрёл себе такой участок. Может, когда-нибудь так и поступлю. А что? К Тиховолжску я уже привык. В больших городах я и в прошлой жизни уже вдоволь насиделся.

Теперь можно и природой насладиться!

Странно, о чём я только думаю? Сейчас надо Жарова спасать, а не будущее своё планировать. Наверное, я уже подсознательно понял, что с Жаровым всё в порядке. Такое бывает, когда система без предупреждения подключается к окружающему информационному полю. В таких ситуациях я, сам того не ведая, делаю правильные выводы.

Но всё же на душе стало спокойнее. Жаров в беде, но, скорее всего, его жизни ничего не угрожает. По крайней мере, пока что.

Значит, мы успели вовремя.

— Марфа! — фельдшер постучала кулаком по двери. — Открывай давай! Где наш доктор?

— Уходите! — послышался перепуганный голос местной ведьмы. — Никого больше видеть не хочу!

— Да это ж я, дура ты старая! — выругалась фельдшер. — Валентина. Не признала, что ли?

— Не обманешь! — ответила Марфа, после чего послышался голос, вскрик, а затем — тихая ругань. Видимо, «колдунья» только что чертыхнулась в темноте через свою же мебель.

Я сразу отметил для себя, что с координацией у неё не всё в порядке. Да и нейроинтерфейс тут же приступил к анализу ещё до того, как мы вошли в дом. Почувствовал, что рядом находится пациент моего профиля.

— Вот! Так всегда… — пожала плечами Валентина Ивановна. — Как выпьет свою дрянь — никогда не пускает. Поэтому и приходится дверь топором отворять. Она на деле даже не закрывается, просто её без усилий только изнутри открыть можно.

— Дайте-ка мне, — я забрал у фельдшера топор, просунул острие в щель между дверью и косяком, затем приложил силу и методом рычага распахнул заевшую дверь.

Внутри было темно, но я предусмотрительно приготовил фонарик на телефоне. Осветив комнату, я тут же увидел ту самую женщину, которую местные называли ведьмой.

И сразу понял, что никаким колдовством, как и ожидалось, тут даже и не пахло.

Марфа Петровна оказалась худощавой неухоженной старушкой примерно того же возраста, что и местная фельдшер. Женщина пряталась от нас под столом в углу комнаты. Увидев незваных гостей, она грозно зыркнула и прошипела:

— Прокляну!

— Я тебе сейчас «прокляну»! — рявкнула Валентина Ивановна. — Где наш доктор? Куда Жарова дела?

— Помогите! — послышалось прямо из-под наших ног.

Я посветил на пол и заметил крышку люка, ведущего в погреб. Рядом лежала лестница, которую, судя по всему, достали, чтобы пленник не смог выбраться из своей темницы.

— Андрей под домом, что ли? — я присел на корточки и постучал по люку.

— Алексей! — не веря своему счастью, простонал Жаров. — Тут я! Тут. Я уж думал меня теперь никто не найдёт! Решил уже подкоп начать делать, да только тут инструментов никаких нет.

Пока фельдшер держала Марфу в поле зрения, я открыл крышку погреба и спустил лестницу. Через пару минут оттуда появилась чумазая физиономия Жарова. Андрей Александрович выглядел так, будто провёл в заточении несколько дней. Халат почернел, теперь его уж точно не отстирать. Придётся покупать новый. Видимо, Жаров не стал его снимать, поскольку в погребе было холодно.