Книга Чокнуться можно! Том 1, страница 88 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Как-то странно получается. Уж не обманул ли меня Щербатов? Хотя… Вряд ли. Эмоциональный фон у него был истинный. Он не врал. По какой-то причине фельдшер и сам был перепуган.

Оказавшись на станции скорой, я сразу же увидел своего друга. Макс сидел на каталке, свесив ноги. Вид у него был паршивый: лицо бледное, на лбу — косо наложенная повязка, через которую уже проступало бурое пятно, руки мелко дрожали. Но завидев меня, он тут же оживился.

— Лёха! Лёха, клянусь, я не виноват! — выкрикнул он, едва я переступил порог. — Я шёл по своей, по главной! Он вылетел на встречку, понимаешь? Там без вариантов было! Сразу в лоб!

Я подошёл вплотную и активировал Систему, сканируя его эмоциональный фон.

/Объект: Максим. Статус: посттравматический шок. Уровень адреналина: запредельный. Признаки лжи: отсутствуют/

— Тише, Макс, тише, — я положил руку ему на плечо. — Верю. Вижу, что не врёшь. Машины в хлам?

— В смятку, — Макс закрыл лицо руками. — Моя «буханка» чуть в гармошку не сложилась, а у того мерина вообще полкапота в салон ушло. Но никто не помер, Лёх. Все живы. Слава богу, все живы…

— Астахов! Ко мне! Живо! — глас Михал Михалыча, заведующего станцией, разорвал тишину бокса.

Михалыч стоял у себя в кабинете, красный как варёный рак. Его кулаки упирались в стол так, что костяшки побелели. Как только я зашёл, он обрушил на меня весь накопившийся гнев.

— Это что такое, Алексей Сергеевич⁈ — проорал он, брызжа слюной. — Это ты его притащил! Ты за него ручался! Говорил: «Опытный водитель, надёжный парень»! И что теперь⁈

— Михаил Михайлович, давайте без криков, — я постарался говорить максимально спокойно. — Произошло ДТП. Все живы. Машина — это железо, застрахованное, починим.

— Починим⁈ — Михалыч едва не задохнулся. — Ты хоть понимаешь, в кого он влетел⁈ Через два дня у нас губернатор! У нас каждая машина на счету, нам показуху эту дурацкую ещё устраивать надо, ленточки резать! А теперь у меня один борт в утиле, а второй участник аварии — Кузнецов! Заместитель мэра, чтоб его черти в аду катали!

Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Заместитель мэра. Это не просто «неприятность», для такого города, как Тиховолжск, это политическая катастрофа.

— Кузнецов лично был за рулем, — продолжал Михалыч уже тише, но с ядом в голосе. — И он сейчас не в ГАИ едет, а в кабинете у нашего главврача разнос устраивает. Требует голову твоего друга на блюде. И знаешь, что самое паршивое? У Кузнецова в полиции всё схвачено. Там уже протоколы пишут так, будто твой Макс на красный по тротуару летел.

— Но он был на встречке! — возразил я. — Макс не виноват, я уверен.

— Да кому нужна твоя уверенность⁈ — Михалыч махнул рукой. — Кузнецов — это вес, это деньги. А Макс — водила с подмоченной репутацией. Его сейчас пропустят через такую мясорубку, что он до конца жизни на сухарях сидеть будет.

В голове у меня мгновенно выстроилась логическая цепочка. Полиция. Тщательная проверка документов. Поднятие архивов. Если они копнут под Макса глубже обычного ДТП, его липовые документы рассыплются как карточный домик. А дальше… Дальше следователь копнёт ещё глубже. И ниточка потянется ко мне. Один запрос в Саратов, одно сравнение отпечатков — и мы оба едем в места, где белые халаты не носят.

— Где он? — спросил я, разворачиваясь к выходу.