Книга Чокнуться можно! Том 1, страница 23 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Я замолчал, изучая её реакцию. Обычная девушка на её месте сейчас бы начала заверять в своей верности, лепетать оправдания или хотя бы смутилась. Полина же просто смотрела мне в глаза. Система молчала. Фон оставался безупречно спокойным. Либо ей вообще чужды эмоции, либо… Гордеева — профессионал такого уровня, который в таком захолустье обычно не встречается.

Но ведь она ещё нигде не работала, если мне память не изменяет. Откуда же мог взяться такой опыт?

— Вы можете быть спокойны, — наконец произнесла она. — Я не пью чай в ординаторской. И я прекрасно понимаю специфику вашей работы. Вчерашний случай с обнажённой пациенткой тоже не вышел за пределы этого кабинета, хотя Степан Аркадьевич очень настойчиво пытался узнать подробности, когда встретил меня в коридоре.

Я внутренне напрягся. Капитанов уже начал обрабатывать мою медсестру.

— И что же вы ему ответили?

— Сказала, что заполняла журналы и ничего не видела, — она едва заметно улыбнулась. — Ложь во благо — это ведь тоже часть нашей терапии, не так ли?

Занятная же особа эта Гордеева!

Я ощутил, как внутри проснулся азарт исследователя. Раскусить её с первого раза не получится, но первый мостик я уже возвёл.

— Полина Викторовна, — я постучал пальцами по столу, продумывая следующую реплику. — Пока у нас есть это затишье перед бурей, расскажите о себе. Вы ведь только-только из колледжа?

— В июле получила диплом, — спокойно ответила она, не отрываясь от сортировки бланков. — Медицинский колледж в областном центре. Средний балл высокий.

— Похвально. Но сейчас март, — я прищурился. — Где же вы пропадали эти восемь месяцев? Вряд ли такая… дисциплинированная девушка просто решила устроить себе затянувшиеся каникулы.

Полина на секунду замерла. Её пальцы коснулись края журнала, но эмоциональный фон даже не дрогнул.

— Были личные обстоятельства, Алексей Сергеевич, — сухо ответила она. — Семейного характера. Пришлось задержаться в городе.

«Семейного характера». Универсальный ответ на любые вопросы. Тут не подкопаешься.

Я открыл её личное дело, которое передал мне Капитанов ещё вчера вечером. Медсестра общей практики. Никаких курсов по психиатрии, ни одной специализации, дающей право работать в моём кабинете. В этой больнице действительно творится бюрократический хаос.

Человека снова провели на ставку, для которой у него нет допусков. Очередная дыра в системе, которую Капитанов заткнул первым попавшимся под руку кадром.

— Знаете, что забавно, Полина? — я откинулся на спинку кресла. — По документам вы не имеете права здесь находиться. Вы — медсестра-универсал, а не медсестра психиатра. Вас кинули сюда просто чтобы закрыть вакансию.

— Я быстро учусь, — она наконец подняла на меня взгляд. — И мне кажется, здесь буду полезнее, чем на перевязках.

— Вы правы, — я невольно улыбнулся. — Как ни странно, вы подходите для этой работы лучше, чем многие дипломированные специалисты, которых я видел. У вас есть то, чему не учат в колледжах — ледяное спокойствие. Правда, я чувствую, что вы о многом не договариваете.

— У каждого свои секреты, доктор, — парировала она с лёгким, почти незаметным вызовом. — Разве не в этом суть вашей специализации?

Огрызается. Но делает это так вежливо, что не придерёшься. Интрига вокруг моей помощницы только крепнет, но время откровений закончилось.