Книга Чокнуться можно! Том 1, страница 10 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

А то Капитанов точно меня живьём съест.

Она поднялась, поправила платье и на выходе вдруг обернулась. В её взгляде было столько искренней благодарности, что мой интерфейс на мгновение выдал отчётливое зелёное мерцание.

— Спасибо, Алексей Сергеевич. Вы… настоящий доктор. Не такой, как те, другие.

Если бы она знала, насколько я другой.

Дверь закрылась, а я принялся быстро заполнять отчёт.

Давление у неё упало, фон стабилизировался. Маленькая победа. Но впереди мне предстоит ещё один непростой разговор.

Капитанов уже ждёт меня со своим компроматом. Пора идти на «казнь».

Я вышел из кабинета, потирая ноющие виски. Головная боль — главный побочный эффект частого использования нейроинтерфейса.

У двери, привалившись к стене, стояла Полина. В руках она всё ещё держала журнал из регистратуры. Её лицо не выражало ровным счётом ничего, а «эмоциональный фон» по-прежнему светился ровным, безмятежно-зелёным цветом.

Мимо нас в сторону стационара проплыла Марина. Она шла лёгкой походкой, поправляла прическу и даже мурлыкала что-то себе под нос. От основных симптомов не осталось и следа. Но это пока что. Её ещё лечить и лечить.

— Ушла довольная, — проследив за пациенткой взглядом, подметила Полина. — Вы молодец, Алексей Сергеевич. Я думала, что здесь таких сразу же отправляют в Саратов. Сами знаете куда.

— Ничего особенного, Полина Викторовна, — я пожал плечами. — Нашёл правильные слова. Никакой магии, чистая психотерапия.

Я внимательно посмотрел на свою новую помощницу. Обычный стажёр на её месте уже засыпал бы меня вопросами. Она ведь наверняка подслушивала. Уже поняла, что пациентка была раздета. И слышала, как отреагировал на это Капитанов.

Но Полина молчала. В её взгляде читалось спокойное понимание, будто она сама не раз вытаскивала людей из таких передряг.

Занятная девушка. Слишком уж хорошо она разбирается в том, как устроены чужие мозги. Но копаться в ней сейчас — себе дороже. У меня на повестке дня вопрос выживания в клинике.

— Ладно, Полина, на сегодня всё, — я кивнул ей на выход. — Идите домой, отдыхайте. Завтра будет тяжёлый день, судя по количеству записей в вашем журнале.

— Доброй ночи, доктор Астахов, — она чуть склонила голову, развернулась и пошла к гардеробу. Походка у неё почти что военная. Не виляет, как некоторые наши медсёстры.

Я проводил её взглядом, дождался, пока за ней закроется дверь гардероба, и тяжёло вздохнул.

Передышка окончена.

Поправив халат, я зашагал в конец коридора. Табличка «Заведующий отделением С. А. Капитанов» тускло блестела в свете мигающей люминесцентной лампы, которая вот-вот перегорит.

Я коротко постучал и, не дожидаясь ответа, толкнул дверь. Пора было узнать, какую дрянь подложил мне настоящий Астахов.

Степан Аркадьевич сидел за столом и вертел настольную лампу. Такое впечатление, что он мне сейчас её в лицо направит, как на допросе.

— Присаживайтесь, Алексей Сергеевич, — процедил он, не поднимая глаз. — В ногах правды нет. Хотя в вашем случае её, похоже, нет нигде.

Я сел, закинул ногу на ногу, стараясь выглядеть максимально расслабленно. Он должен понимать, что меня не задеть. В противном случае заведующий будет наслаждаться каждой секундой своего «допроса».

— Почитал я тут сводки из вашей прошлой клиники, — начал он наконец. — Интересные вещи пишут. Говорят, вы там организовали свою собственную бухгалтерию. Речь об учёте психотропных препаратов. Пропали сотни ампул, Астахов. Следствие пока топчется на месте, доказательств прямых нет. Но… — он постучал ручкой по столу. — Тучи-то над вами сгущаются! Как вы это прокомментируете?