Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 17, страница 81 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Но так процесс пойдёт гораздо быстрее. Уже после выписки почувствует себя другим человеком.

Вернувшись в ординаторскую, я заметил, что на мой телефон пришло несколько смс-сообщений. И все они были от генерального директора «ВОЗ». Теодор Авраам Гебреус сделал обращение ко всем членам группы «Двенадцать».

«Уважаемые коллеги, с большой радостью спешу вам сообщить, что наш проект достиг своей цели. С этого дня группы „Двенадцать“ больше официально не существует. „Фебрис-12“ уничтожен. Наши микробиологи и инфекционисты провели контрольные исследования по всему миру. После того как мы разобрались с ядром неподалёку от города Владивостока, принадлежащего Российской Федерации, все вирусные частицы исчезли. Мы продолжим изучать причину этого феномена, но больше ваша помощь нам не потребуется. Я хочу от души поблагодарить каждого, кто внёс свой вклад в борьбу с этой инфекцией. В течение двух недель вам будут перечислены деньги за помощь в этом нелёгком деле. Более того, я обещаю, что все члены проекта „Двенадцать“ могут в любой момент обратиться ко мне через мессенджер, и я помогу с любым вопросом. Напоследок я хотел бы пожелать, чтобы вы не теряли связь друг с другом. Как показала практика, группа „Двенадцать“ — это не просто объединение людей для борьбы с потенциальной пандемией. Это — группа лучших врачей мира. Возможно, ваша помощь нам ещё понадобится когда-нибудь. Но мы все будем молиться, чтобы причин для этого больше не появилось».

Прекрасная речь. У меня аж сердце дрогнуло, когда я вспомнил всех тех, кто боролся с вирусом плечом к плечу со мной. И врачи, и учёные, и военные — все внесли свою лепту.

— Доктор Кацураги! — отвлёк меня от размышлений влетевший в ординаторскую Алексей Георгиевич. — Вы уже закончили с пациенткой Звонарёвой?

— Да, конечно, — кивнул я. — А что случилось?

Сергеев выглядел встревоженным.

— В приёмное отделение поступили два пациента, — сказал он. — Синие!

— В смысле — пьяницы? — уточнил я.

— Нет, вы не поняли! — помотал головой он. — Они — пьяные, да. Но я имел в виду другое. Они буквально синие. Кожа — синяя!

Работа в областной клинической больнице Владивостока оказалась в каком-то смысле даже интереснее, чем в клинике «Ямамото-Фарм». Тут из ряда вон выходящие ситуации происходят почти каждый день. Прошло всего двое суток с того момента, как я стал сотрудником этой клиники, но за это время я успел увидеть такие ситуации, с какими уже не работал очень давно, либо не сталкивался вовсе.

Мы с Алексеем Георгиевичем вновь спустились в приёмное отделение, и перед нами предстала просто умопомрачительная картина.

На скамье перед дежурной медсестрой сидят двое мужчин. Правда, «сидят» — это неподходящая формулировка. Им даже сидеть толком не удаётся. Покачиваются, падают друг на друга, но пока что ещё возвращаются в исходное положение.

А насчёт кожи Сергеев не соврал. Действительно синяя. А точнее, голубоватая, будто их акварельными красками кто-то измазал.

— Да иди ты, Петрович! — простонал один из них. — Это твоя идея была…

Разговаривали эти двое с большим трудом. Состояние тяжёлого алкогольного опьянения налицо. Но интуиция мне подсказывает, что если этиловый спирт у них в крови имеется — это большое счастье. Судя по тому, что я вижу, есть вероятность, что водка им жизнь спасла.