Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15, страница 23 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Ситуация, мягко говоря, напряжённая. Сейчас и так проблем навалом, так ещё и Акихибэ Шотаро, судя по всему, догадался, что его болезнь не могла пройти сама по себе.

Я, конечно, озаботился о том, чтобы все подозрения пали на реабилитацию. Якобы Акихибэ настолько старательно тренировал тело и нервную систему, что в результате кора его головного мозга смогла взять на себя функции повреждённых отделов.

Но судя по всему, этого оказалось мало.

— Ну, поведайте мне, Акихибэ-сан, в чём же вы меня подозреваете? — сразу же перешёл к делу я.

Посмотрим, что он мне ответит. Если что, попробую его переубедить. Не получится — придётся опять пользоваться «харизмой». Хотя её запасы тоже не безграничны. Я слишком много раз пользовался ей, пока общался с членами якудзы. Имеет смысл решить проблему своими силами, без магии.

— Кацураги-сан, с одной стороны, ваши методы мне нравятся, — произнёс Акихибэ Шотаро. — Но, с другой… На вашем месте я бы отнёсся к уринотерапии гораздо жёстче.

— Эм… Простите, можете, пожалуйста, повторить? — оторопел я.

— Я про Хибари Котэцу. Думали, я не узнаю, что он практикует в стенах моей клиники уринотерапию? Вы всего лишь лишили его премии, хотя на деле было бы неплохо и вовсе его уволить после такой выходки. И занести в его личное дело выговор, — заявил Акихибэ Шотаро.

Ах, так вот в чём дело…

Я с облегчением выдохнул. Разговор, как оказалось, вообще не о моих способностях. Всё-таки Акихибэ купился на придуманную мной легенду о чудодейственной реабилитации. На самом-то деле вопрос поднят на тему работы нашего гомеопата.

— В тот момент, когда всё это вскрылось, Акихибэ-сан, вы находились на больничном, — ответил я. — Хотя даже если бы вы были на рабочем месте, я бы не стал доносить вам о том, что натворил Хибари Котэцу.

— Да? — вскинул брови он. — И почему же? По-моему, он заслужил более суровое наказание.

— Во-первых, я не хочу устраивать тиранию в своём отделении. Хибари-сан и так часто практикует спорные методики, доказательств работоспособности которых не существует, но ему в этом никто не препятствует. А всё почему?

— Потому что он близко знаком с генеральным директором «Ямамото-Фарм», — вздохнул Акихибэ Шотаро. — Ну и что с того? Я бы нашёл способ объяснить Ямамото-сан, почему мы уволили его друга. Думаю, он бы понял.

— А зачем вам лишние проблемы? — пожал плечами я. — Хибари-сан терапевт толковый. И пациенты его любят. Просто он уж очень склонен рисковать и назначать сомнительные препараты. Однако мы с ним провели очень подробный разбор полётов. Думаю, он заслуживает ещё один шанс.

— Хм, — Акихибэ Шотаро коротко усмехнулся. — Вижу, вы за своё отделение горой стоите. Наверное, это к лучшему. Не хочу сказать, что Ватанабэ-сан был хуже вас, но он бы уже давно прибежал в мой кабинет, чтобы прокричаться и нажаловаться на всех, кто его не устраивает. С вами в этом плане гораздо проще. Вы меня сильно разгружаете, Кацураги-сан.

— Я прекрасно понимаю, сколько у вас работы, — сказал я. — Поэтому стараюсь не докучать лишними проблемами Эитиро-сан и вам. Смысл доносить на других сотрудников, если я и сам могу с ними разобраться? И на мой взгляд, тем более не стоит доводить эту информацию аж до генерального директора корпорации.

— Ваша правда, Кацураги-сан! — окончательно согласился Акихибэ Шотаро. — Однако с этого момента можете обращаться за помощью и почаще. Как видите, после того приступа мне стало гораздо лучше. Я и двигаюсь быстрее, и голова лучше стала соображать. Так что теперь у меня появится намного больше свободного времени, чем прежде!