Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15, страница 118 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Изолятор? Да разве можно назвать изолятором старый деревянный дом с прогнившими стенами? ЮАР — не самая бедная страна в Африке, но в некоторых её деревнях всё-таки царит полная антисанитария.

— Я всё вижу, доктор Иманати, начинайте осмотр, — произнёс я, а затем сжал в руках артефакт «компас».

— Так, смотрите, доктор Кацураги, пациенту тринадцать лет, симптомы проявились три дня назад. У четверых его ровесников буквально сегодня. Только после этого они признались, что на самом деле произошло в той пещере три недели назад.

— Так с момента посещения пещеры прошло уже три недели? — уточнил я.

— Да, всё верно. А что вас так удивляет? — ответил Иманати.

Нет, тут что-то определённо не так. «Фебрис-12», конечно, тоже может «играться» с инкубационным периодом, но в целом общая картина выглядит подозрительно. Во всех предыдущих случаях вирус начинал проявлять себя в период от нескольких часов до двух-трёх дней. А тут получается, что у детей симптомы появились практически одновременно лишь спустя три недели.

Это продолжает наталкивать меня на мысль, что мы имеем дело с совсем другим заболеванием.

— Продолжайте осмотр, доктор Иманати, — попросил я. — Больше всего меня в данный момент интересуют симптомы, которые возникли у мальчика.

Я всё ждал, когда проявится эффект компаса. До этого момента мне казалось, что всё тщетно и мой план не удастся, однако, как только Адлай Иманати начал перечислять жалобы и симптомы, я почувствовал, как моё восприятие реальности изменилось.

Больше перед моими глазами не было низкокачественного видео, передаваемого телефоном Иманати. С этого момента я стал наблюдать за картиной сразу с двух сторон. Через самого Адлая и через «анализ», который смог прорваться через десятки тысяч километров и за счёт союза интернета и магического артефакта оказался прямо в Африке.

— Поначалу родители мальчика заметили, что он потерял аппетит, — голос доктора Иманати звучал прямо в моей голове. Теперь важно проследить за тем, чтобы я случайно не ответил ему мысленно. Иначе он, мягко говоря, удивится.

Интересно, как я смог установить с его сознанием прямой контакт? Может, он тоже имеет лекарские способности?

Нет. Это не так.

Работа компаса стала мне предельно ясна. С лекарями я могу связываться через артефакт напрямую, а для слияния с органами чувств других людей требуется телефонная связь или интернет.

— Он перестал есть, начал слабеть. На улице сверстники его больше не видели, потому что он постоянно валялся дома, — продолжил Адлай. — За слабостью пришла лихорадка. Через сутки мальчик начал жаловаться на головную боль и… Доктор Кацураги, позволите, если я не буду его мучить лишними проверками?

— О чём это вы? — временно закрыв свой разум, вслух произнёс я.

— О светобоязни, — ответил Иманати. — У него очень резкая реакция на фонарик. Как видите, он даже от солнечного света старается укрыть лицо.

И это при том, что все окна занавешены. Пациента раздражают даже малейшие лучики света. Плохо дело. Речь идёт о поражении нервной системы и органов чувств. Вопрос только в том, насколько далеко зашли повреждения в головном мозге?

Пора направить взор «анализа» туда.

— Нет, не надо включать фонарик, я верю вам на слово, — ответил я. — Помнится, вы упоминали, что его постоянно рвёт. Есть и другие симптомы поражения пищеварительной системы?