Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15, страница 100 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Согласен, — кивнул Фува Рёкэн. — Операцию я делать не стану ни при каких обстоятельствах. А второй вариант? Вы упомянули, что способов справиться с проблемой целых два.

— Со вторым всё гораздо проще, — ответил я. — Придётся поддерживать себя обезболивающими препаратами, витаминами и миорелаксантами. Воспаление исчезнет, питание нервного волокна улучшится, а болезненно спазмированные мышцы спины расслабятся, и вам станет гораздо легче.

— Но?

— Что «но»?

— Звучит так, будто после ваших слов должен быть какой-то нюанс. Не может ведь быть, чтобы эта проблема решалась так просто, — произнёс Фува Рёкэн.

Он, может, и бандит, суеверный старик, но вовсе не дурак. Подсознательно Рёкэн понимает, что так легко подобные проблемы не решаются.

— «Но» заключается в том, что эти препараты придётся принимать курсами. Пожизненно, — объяснил я. — Лицо никуда не исчезнет, но беспокоить вас боли будут гораздо меньше.

Оябун снова поднялся, нервно выдохнул, походил по комнате, сделав несколько кругов вокруг своего стола.

Стоит отметить, для своего возраста он перемещается очень быстро. Сразу видно, что большую часть жизни он трудился над тем, чтобы усилить своё тело. Кожа уже одрябла, а мышцы ослабели, но контур мускулатуры продолжает проглядываться по всему телу старика.

— Хорошо, — наконец, заключил он. — Вижу, иного выхода у меня нет. Я направлю к вам в клинику своего старшего сына. Выпишете ему все необходимые препараты. Я буду принимать их.

— В таком случае рад, что смог вам помочь, — сдержанно ответил я.

— Вот только вы отказались от награды, — хмыкнул он. — А между тем мой младший сын вами восхищается. Шихей уже несколько суток повторяет, что вы спасли ему жизнь. Я у вас в долгу, Кацураги-сан.

Зря Шихей это делает. Мы ведь с ним обсудили, что произошедшее лучше держать в тайне. Всё-таки он, как и несколько других членов якудзы, решились вместе со мной положить конец семье Фува. Они хотят жить нормальной жизнью обыкновенного японского гражданина.

А Шихей уделяет моей персоне в этих разговорах слишком много времени. Не хотелось бы, чтобы его отец или старший брат начали что-то подозревать.

— И прежде чем вы покинете мой дом, Кацураги-сан, хочу ещё раз вас предупредить, — произнёс Фува Рёкэн. — Будьте аккуратны с семьёй Гакити. Вам могут сколько угодно вешать лапшу на уши о том, что Гакити — обычные бизнесмены, которые и мухи обидеть не могут. Но на деле это не так. Я потому и хотел, чтобы вы официально вступили в ряды моих людей. Тогда вы бы оказались в безопасности.

— Хотите сказать, Гакити могут отомстить мне за то, что я отказался от предложения Акиты-сан и Тошибы-сан? — спросил я.

— Могут. И поступить они могут крайне жестоко. Вы пока что ещё слишком плохо понимаете, в каком мире вы очутились, Кацураги-сан.

Звучит двусмысленно. Разумеется, он говорит про мир якудзы, но если учесть, что меньше года назад я и вправду оказался в другом мире, звучит это иронично.

Однако следовать советам Фувы Рёкэна я всё равно не стану.

— Благодарю за предупреждение, Фува-сан, — поклонился я. — Однако я вступать в якудзу не буду. Ни в вашу семью, ни в семью Гакити. С последствиями справлюсь сам.

— Хоть я и не одобряю ваше решение, Кацураги-сан, но вы твёрдо стоите на своём. Ваши принципы не согнуть. Хорошая мужская черта. Я уважаю таких людей, — заключил он. — В таком случае, до скорой встречи. Если передумаете, я буду ждать вашего звонка. Номер телефона у вас есть.