Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 12, страница 27 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

На самом деле они бы могли запросто заменить меня группой врачей, но это невыгодно с финансовой точки зрения. К тому же я уверен, что мои знания более подробны, чем у остальных банально из-за того, что я владею «анализом». Он даёт куда больше информации, чем любые инструментальные исследования.

— Отличная идея, Шиногару-сан, — кивнул я. — Только полностью запрограммировать внутренний орган на адекватную работу… Это потребует огромного количества усилий.

— Десять миллионов, — перебил меня Шиногару.

— Что, простите? — не понял я.

— Десять миллионов иен за программирование одного органа. Три миллиона вашему брату и семь вам. И потом по десять процентов с каждого проданного протеза для вас обоих, — заявил Шиногару Рюсэй. — Я готов заключить с вами такой контракт, если вы действительно сможете привести в порядок протезы ноги и руки за два-три часа.

Это огромная сумма… И мне она действительно может пригодиться, если я хочу раскрутить свою частную клинику. Аренда помещения, закупка оборудования, найм сотрудников — всё это без денег невозможно. А на данный момент моих сбережений хватит только на аренду помещения, приобретение минимального количества необходимого оборудования и найм одного лишь Купера Уайта. И всё.

И это я ещё не учёл, что с конца этого месяца мне нужно будет оплачивать квартиру родителям. Это — мелочи, но забывать о них тоже не стоит.

Более того, мне могут понадобиться лишние деньги для покупки новых артефактов с жизненной энергией. Так что отказываться от предложения врача-кибернетика попросту глупо.

— Меня устраивают ваши условия, Шиногару-сан, — кивнул я. — В таком случае засекайте время. Я приступаю к решению вашей маленькой несостыковки в расчётах, — я повернулся к брату и произнёс. — Казума-кун, поехали. Я говорю, что нужно закодировать в программу, а ты исполняешь.

— Есть! — обрадовался он, и мы тут же приступили к работе.

Я уже понял, в чём кроется основная проблема их искусственного интеллекта. Он воспринимает нервные импульсы так, будто они зародились в руке. Но на самом деле они прошли очень большой путь. Поэтому придётся занять немного памяти в начинке протеза, чтобы объяснить ему, через какие этапы на самом деле проходит нервный импульс.

— Смотри, Казума-кун. Первое, что нужно понять: наш мозг — это тоже компьютер. Просто более медленный. Но при этом куда более сложный. Нам с тобой нужно откорректировать работу двигательных волокон, которые несут команду шевелить рукой или ногой. А затем чувствительных, которые несут мозгу информацию от рецепторов. Температура, осязание, боль — всё это их работа.

— Тендо-кун, если честно, я боюсь, что мы можем не успеть прописать две столь сложные программы для руки и для ноги всего лишь за три часа, — поделился своими сомнениями Казума.

— А нам и не придётся писать столько программ, — помотал головой я. — Мы создадим одну общую и загрузим её в оба протеза. Такое же мы сделать можем, верно?

— Да, если ты распишешь механизм работы и на руку, и на ногу, — кивнул он.

— Тогда начинаем с двигательных волокон. Импульс зарождается в прецентральной извилине головного мозга…

Я долго диктовал Казуме, как правильно прописать весь путь нервного импульса. А сделать это было не так уж и просто. Брат едва поспевал за мной, вводя новые и новые алгоритмы. Ведь из коры импульс двигается через несколько отделов мозга, корректируется в мозжечке, переходит в спинной мозг… А вот там начинается настоящий балет!