Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 10, страница 47 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Ага… Понятно. Министра культуры разорвало из-за чувства вины, и он решил принять всеобщий укор до того, как о нём расскажут другие люди. Видимо, его заявление спровоцировало остальные статьи от других министров, чтобы сгладить волнения.

— Я в телефоне почти не сижу, — ответил я. — Если кратко, Сакамото-сан, что теперь известно общественности?

Дверь в мой кабинет распахнулась. Толкаясь друг с другом, к нам залетели Кондо Кагари и Акихибэ Акико. А затем хором воскликнули:

— Кацураги-сан! Это правда, что вы избили и выкинули с двадцатого этажа биологического террориста⁈

О-о-о… А вот и ответ на мой вопрос. Избил. Выкинул. С двадцатого этажа!

Была на моей Родине такая забавная игра — сломанный телефон. Игроки по цепочке едва разборчиво шепчут друг другу слово, а потом проверяют, во что оно преобразилось к концу очереди.

Порой «слон» мог превратиться в «вертолёт».

И здесь то же самое.

— Кондо-сан, Акихибэ-сан, всё это сильно преувеличенная чушь, — пояснил я. — Я просто помог задержать террориста. Вот и всё. И с балкона, между прочим, он сам упал! И не с двадцатого этажа, а с шестого.

— Да плевать! — воскликнула Акихибэ Акико. — Кацураги-сан, вы же теперь звезда! Герой Токио! Правда, люди начали волноваться из-за самого факта о том, что кто-то намеренно пытался распространить вирус.

— Больше этого не случится, — ответил я. — Раз информация уже утекла в сеть, скоро правительство сделает официальное заявление. Никаких рисков больше нет.

— Отец уехал на какую-то срочную планёрку в министерство здравоохранения, — добавила Акихибэ. — Мне кажется, что теперь начатую нами вакцинацию могут отменить, раз вируса больше нет.

— Или, наоборот, принудит всех ко всеобщей вакцинации на случай, если у террористов всё же остались образцы вируса, — поделился мнением Кондо Кагари.

— В любом случае, коллеги, я вас убедительно прошу: не нужно бегать по клинике и разносить сплетни. Вижу, кто-то их уже неплохо так приукрасил! — произнёс я. — Если будут спрашивать — я вам ничего не говорил. И говорить не буду, пока людям не предоставят официальную информацию. А пока — расходимся по кабинетам. Пора работать.

Кондо Кагари и Акихибэ Акико покинули мой кабинет, а я переоделся и позвал первого пациента.

Передо мной села молодая девушка. С того момента, как пациентка вошла в кабинет, она старалась не смотреть мне в глаза. Хотя я заметил, что её белки были красными. Похоже на конъюнктивит. Только что-то мне подсказывает, будто прячет взгляд она не из-за этого.

— Доброе утро, назовите своё имя, пожалуйста, — попросил я.

— Киригая Кёко, — представилась она. — Простите, Кацураги-сан, я не из работников корпорации «Ямамото-Фарм». И… Если уж на то пошло, я должна была попасть к другому специалисту. Но гинеколог у вас сейчас в отпуске…

Фудзи Мадока до сих пор в отпуске? Да насколько же она ушла? На два месяца? Когда я прилетел из Индии, гинеколога уже не было, и она так до сих пор и не появилась. Странно…

— Не беда, я смогу вам помочь вместо неё, — произнёс я. — Расскажите, какие симптомы вас беспокоят, Киригая-сан?

— У меня сразу несколько жалоб, и все они очень… неприятные, — шёпотом произнесла она.

— Жалобы вообще редко бывают приятными, — пожал плечами я.

Только у некоторых шизофреников бывают позитивные галлюцинации. Других субъективно приятных отклонений здоровья я придумать не могу.