Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 07, страница 121 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Примечательно, но я заметил, что большинство моих коллег не в курсе, что такое понятие, как «индийский язык» не существует в природе. В Индии говорят на языке «хинди». Так выражаться наиболее правильно.

— Что ж, Кацураги-сан, тогда остаётся только одно не названное мной место, — заключил Кикуока Горо. — На самом деле этих мест четыре, но четвёртое находится не в Индии, а в Непале. Я говорю о месте, где родился Гаутама Будда. В поселении Лумбини. Но туда вы вряд ли попадёте. Поэтому обратите внимание на Сарнатх. Он находится в том же городе, что и Кушинагар — в Уттар-Прадеш. Там Будда произнёс первую проповедь и дал основные принципы учения.

— Кушинагар, храм Махабодхи, Сарнатх, — повторил я. — Как видите, я всё запомнил, Кикуока-сан. Спасибо вам большое. Обязательно привезу вам какой-нибудь сувенир.

— Ох, а я был бы очень рад этому, Кацураги-сан! — обрадовался Кикуока Горо. — Если вам, конечно, не будет трудно, привезите индийский чай. Больше мне ничего не нужно.

— Хорошо, Кикуока-сан, — кивнул я. — Но мы с вами не прощаемся. Перед вылетом я завезу вам рецепт на лекарства.

На этом наш разговор с монахом был завершён, а я направился домой. Мне осталось отработать всего один день, после чего настанет пора готовиться к перелёту.

На следующее утро меня вновь вызвала к себе Уёхара Ёсико. Заместитель главного врача протянула мне конверт.

— Здесь билеты, Кацураги-сан, — сообщила она. — И подробное описание вашей туристической программы.

— А что насчёт клиники «Дживан»? — поинтересовался я. — Адрес, контактные данные наших коллег?

— Вся эта информация тоже есть в конверте, — ответила Уёхара. — Однако в аэропорте Нью-Дели вас должны встретить представители клиники или «Ямамото-Фарм». Так что не потеряетесь.

Я вернулся в свой кабинет и отдал распоряжения Сакамото Рин, чтобы она заканчивала приводить в порядок всю нашу документацию. Тем же самым занимался Лихачёва Хикари и другие медсёстры профилактического отделения, которое я оставлял на Кондо Кагари. Для него это будет хороший опыт. Если парень побудет заведующим в течение трёх недель, отношение к работе у него точно изменится, причём в лучшую сторону.

После окончания рабочего дня я посетил монаха в терапевтическом отделении и убедился, что его состояние стабилизировалось. А затем сдал ключи, покинул клинику и отвёз Кикуоке Горо рецепты на препараты для восстановления функции почек. Жаль, что ранее тестированный мной «Нефронорм» ещё не пустили в массовое производство. Уж очень хорошо это лекарственное средство улучшало работу мочевыделительной системы.

Много вещей брать с собой я не собирался. Сложил в сумку только минимум одежды, чистый халат и медицинские принадлежности. Поскольку в Индии я собирался не только путешествовать, но и работать, инструменты должны были мне пригодиться.

Наш самолёт вылетал в семь утра, но Асакура Джун начал доставать меня звонками уже в полночь.

— Тендо-кун! — воскликнул он. — Я вот думаю, а нужно ли мне брать молоточек?

— Чего? — удивился я. — Джун-кун, ты в своём уме? Ночь на дворе, какой ещё молоточек?

— Неврологический, разумеется! — воскликнул он. — Тачибана-сан, к примеру, сказала, что вообще ничего из инструментов с собой брать не будет. Но вдруг нам в Индии придётся поработать?