Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 05, страница 57 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Как? — удивился он. — Как вы так быстро поставили диагноз? Что у меня, Кацураги-сан? Вы всё же полагаете, что у меня… Рак?

— Говорю же, успокойтесь, — велел я. — Я подозреваю у вас инсулиному.

— Инсулинома? Это ещё что такое? — вскинул брови пациент.

— Чтобы понять, что это за болячка такая, нужно знать, как работает наша поджелудочная железа. Грубо говоря, у неё всего две функции, Бьякуя-сан, — начал объяснять я. — Пищеварительная и эндокринная. Через одни протоки эта железа подаёт в кишечник специальные вещества, чтобы переваривать пищу. А через другие протоки она подаёт в кровь инсулин и другие гормоны, тем самым контролируя уровень сахара. Именно из-за патологии этого органа и возникает сахарный диабет. Только у вас совсем противоположная картина. Скорее всего, ваша поджелудочная вырабатывает слишком много инсулина. И он снижает сахар, что в итоге приводит к потерям сознания и неадекватному поведению.

— Ох… Так, Кацураги-сан, всё равно понять не могу, — потёр затылок Бьякуя Синдзи. — Если это чисто эндокринологическая проблема, то зачем мне онколог? Какая может быть связь онколога с этой инсулиномой?

— Потому что инсулинома — это доброкачественное новообразование головки поджелудочной железы, Бьякуя-сан. И онколог обязан изучить анализы и порекомендовать тактику лечения. Не беспокойтесь, я повторюсь — это не онкология. Но лечить, скорее всего, придётся оперативно.

— Вам так просто удалось определить, в чём причина моей болезни, Кацураги-сан, — никак не мог поверить в мои слова Бьякуя Синдзи. — Но у меня нет причин, сомневаться в вас. Учитывая, как вы вытащили моего брата… Спасибо вам огромное. Я буду выполнять все рекомендации.

Я назначил Бьякуи огромный перечень обследований и записал к двум специалистам, которые в дальнейшем будут контролировать его состояние.

Сразу после приёма в мой кабинет ворвался Такеда Дзюнпей.

— Кацураги-сан! Я так больше не могу, — замотал головой он. — Заберите её назад.

— И вам добрый день, Такеда-сан, — усмехнулся я. — Вы это о ком?

Из-за дверного проёма выглянула насупившаяся Акихибэ Акико.

— О, нет-нет! — замотал головой я. — Такеда-сан, у меня очень много дел.

— Кацураги-сан, никто больше не соглашается, — взмолился Такеда. — Она за сегодняшний день прошла почти через всех терапевтов.

Видеть Такеда Дзюнпея таким нервным было крайне непривычно. Обычно он всегда сохранял хладнокровие. Этот расчётливый и местами даже жестокий конкурент теперь умоляет меня, чтобы я забрал к себе на стажировку Акихибэ Акико.

Я собирался отказать ему, но вспомнил отца Акико и решил, что из уважения к этому человеку, не хотел бы бросать его дочь на произвол судьбы.

— Такеда-сан, предлагаю сделку, — решился я. — Компромисс.

— Никаких полумер, Кацураги-сан, — замотал головой Такеда.

— Что ж, тогда мой ответ — нет, — усмехнулся я. — Раз полумеры вас не устраивают.

— Ладно-ладно, — закивал он. — Умеете же вы надавить. Хорошо, какой компромисс?

— Будем чередоваться, — предложил я. — Я скажу Уёхаре-сан, что кураторами Акихибэ-сан выступят сразу два человека. День — вы, день — я. Такой вариант вас устраивает?

— Ну надо же, — усмехнулась Акихибэ Акико. — Двое мужчин не могут решить, кто из них будет меня обучать. Не переживайте, меня на всех хватит. Только смотрите, пополам меня не разорвите.