Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 03, страница 9 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Однако разговоры о поваре натолкнули меня на мысль о себе самом. Между мной и этим Мураками Кенджи определённо было что-то общее. Идзакая — это обычное питейное заведение, в котором, очевидно, гению не место. Гениальный повар в идзакаи и легендарный целитель в нищенской больнице Камагасаки. Не удивлюсь, если и он тоже попал сюда из другого мира. Только вряд ли он в прошлом был врачом.

Я мысленно посмеялся над своим же ходом мыслей. Погруженный в эти размышления, даже не заметил, как машина добралась до окраин Токио, где и располагался «Красный фонарь».

Расплатившись с водителем, я прошёл в заведение и сильно удивился количеству скопившегося там народа. Хотя ничего странного в этом нет. Вечер пятницы. Простые работяги всегда стягиваются в такие заведения после работы. И особенно — в конце рабочей недели.

В этой толпе было трудно найти моих коллег, но почти что двухметрового японца сложно скрыть среди низкорослых азиатов. Голова Кондо Кагари торчала в дальнем углу заведения.

Я молча присел рядом с ним. Атмосфера царила — что надо! Караги пялился в одну точку, хоть и был трезв. А Асакура Джун уже мирно спал на столе, не замечая моего прихода.

— Зря вы сюда приехали, Кацураги-сан, — коротко сказал Кондо Кагари. — Я не хочу вас видеть.

— Это ещё почему? — удивился я.

— Мне стыдно смотреть вам в глаза после всего, что я узнал этим вечером, — признался Кагари.

— А⁈ — Асакура резко поднял голову со стола и уставился на нас так, будто это мы потревожили его сон. — О, Кацураги-сан! Очень советую вам попробовать местные сасими. Вкус просто невероятный!

Мы с Кондо молча смотрели на Асакуру Джуна. Невролог почувствовал на себе психологическое давление с нашей стороны и вышел из-за столика.

— Ладно, ладно, — запричитал он. — Оставлю вас наедине. Пойду лично похвалю повара за закуски. Деньгами за такие дары не отплатить.

Асакура Джун, пошатываясь, поковылял в сторону служебных помещений и исчез в толпе. Остаётся надеяться, что он не найдёт неприятностей на свою голову.

— Кагари-кун, — обратился я к стажёру. — Твоя мать рассказала мне о том, что ты ляпнул Эитиро Кагами. Зачем ты это сделал?

— Кацураги-сан, вы — единственный человек, который помог мне полюбить медицину. Но теперь, когда я знаю, что моя семья пыталась сделать с вами… Меня с медициной уже ничего связывать не может.

— Кагари-кун, откажись от этого дурацкого юношеского максимализма! — воскликнул я. — Хватит бросаться из крайности в крайность. Жизнь — это совсем не гладкая штука. В ней всегда будут неудачи и прочие непредвиденные обстоятельства. То ты же не будешь из-за любого эксцесса всё бросать! Так нельзя. Уйдёшь из медицины в другую стезю — но куда? Станешь поваром идзакаи? Думаешь, это — простая работа. Да ничего подобного. Тут такие же трудности, такое же руководство, свои интриги и что самое главное — твоя семья никуда от этого не денется. Если ты не докажешь родителям, что ты вырос, они так и будут совать свой нос в каждое твоё начинание. Твой отец уже нарушил закон, чтобы устроить тебя в клинику «Ямамото-Фарм». Не вынуждай его повторять этот трюк снова.

— Вы думаете, я правда, ему нужен, Кацураги-сан? — спросил Кондо.

— Я это знаю, — кивнул я. — А насчёт того происшествия со мной — не беспокойся. И не с таким справлялись! Мы с твоим отцом уже решили этот вопрос, когда ты ушёл. Вражды между нами больше нет. Так что отпусти эти эмоции и сообщи Эитиро Кагами, что перебрал с сакэ. Он поймёт. Эитиро-сан — хороший человек.