Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 01, страница 34 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Огава Хана продолжала прятаться за гардеробом, тихо сопя от волнения.

Я покопался в шкафу и не обнаружил своего халата. Да что же за напасть такая? Куда он мог пропасть за двадцать минут?

— А… — дошло до меня, наконец.

Я заглянул за шкаф, заставив Огаву спрятать взгляд и вжаться в угол ещё сильнее.

— Огава-сан, вы прикрываетесь моим халатом, — подметил я.

— Ой… — Огава покраснела ещё сильнее. — Простите, Кацураги-сан. Вот, возьмите. Только отвернитесь, пожалуйста.

Я улыбнулся и встал к Хане спиной. Можно подумать, я чего-то там не видел. Хотя гормоны молодого организма умоляли меня не отворачиваться. Непривычно вновь чувствовать себя в самом расцвете сил. Простой облик полуобнажённой девушки уже способен разгорячить кровь.

Да и сердце Огавы Ханы тарабанило не меньше моего. Пульс поднялся за сто сорок.

— Огава-сан, успокойтесь, — попросил я, лишь слегка обернувшись к ней. — Я ваше сердцебиение даже отсюда слышу. Ещё не хватало, чтобы мне пришлось вас откачивать.

— Угу, — скомкано кивнула Хана и протянула мне мой халат. — Теперь точно не оборачивайтесь!

— Не буду, не буду, — рассмеялся я, надевая халат. — Всё, я пошёл. До завтра, Огава-сан.

— Д-до завтра, Кацураги-сан, хорошего вам вечера! — я услышал, как девушка поклонилась за моей спиной.

Я покинул кабинет и направился по стеклянному коридору второго этажа в соседний корпус.

Хорошего вечера? О да, вечер, судя по всему, намечался просто великолепным. Получить в первый же рабочий день выволочку от заведующего стационаром в мои планы не входило.

Но пройти через это всё же придётся. Надеюсь, что заведующий — не такой сварливый нытик, как доктор Мурата. Я рассчитываю на адекватную беседу.

Прошёл через коридор терапевтического отделения и остановился у двери, на которой висела табличка с именем.

«Накадзима Хидеки. Заведующий терапевтическим отделением».

Я постучался, после чего вошёл внутрь.

— Добрый вечер, Накадзима-сан, — я поприветствовал заведующего поклоном. — Кацураги Тендо. Вызывали?

Мужчина с белоснежно седыми волосами с грохотом хлопнул историей болезни по столу.

— Добрый ли сегодня вечер, Кацураги-сан? — нахмурив густые брови, воскликнул Накадзима. — Присаживайтесь!

Судя по агрессивному тону Накадзимы наш разговор уже начался не с той ноты. Старик вёл себя так, будто он — мой непосредственный начальник. Однако я никаким боком его подчинённым не являлся. Я работаю в поликлиническом отделении терапии, но никак не в стационаре.

— В чём дело, Накадзима-сан? — нахмурившись, спросил я и присел напротив заведующего.

— В чём дело? — раздражённо усмехнулся Накадзима Хидеки. — Я вам скажу — в чём дело, Кацураги-сан. Так работать нельзя. Это — преступление!

И к гадалке не ходи, Накадзима — типичный холерик. Прежде чем перейти к сути дела, ему нужно хорошо проораться. Только смысла в таком поведении я не видел.

— Быть может, мы перейдём к сути дела, Накадзима-сан? — спокойно спросил я. — Я уже давно должен быть дома.

Ноздри Накадзимы того и гляди скоро обдадут меня горячим паром.

— С утра я был на конференции и не видел, что вы положили в моё отделение пациента, совершенно не обследовав его, как подобает, — процедил сквозь зубы он.

Но кричать всё же перестал. Видимо, понял, что меня его воплями не пронять.