Книга Придворный медик. Том 5, страница 112 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Дядя ждал меня внутри. И Дарья тоже. Она сидела на стуле, совсем не двигалась. Смотрела в одну точку, будто её заморозили. Я даже не сразу понял, что передо мной Зорина. В таком состоянии она больше походила на выставочный манекен.

— Что ты с ней сделал? — процедил я.

— Ничего необратимого, — улыбнулся Ушаков. — Всего лишь потратил на неё свой единственный кристалл подчинения. Она у тебя слишком уж дерзкая. Никак не могла успокоиться. За пределы императорского двора вывести её было нетрудно. Она слушалась меня и без магии, хотя уже начала понимать, что на самом деле я использую её как приманку. Но потом ей стукнуло в голову выцарапать мне глаза. Пришлось утихомирить.

Да уж, не сомневаюсь, что она на это способна. Дарья молодец. Не хотела создавать мне проблемы, поэтому боролась до конца. Ничего, я её вытащу отсюда. Для начала нужно понять, что задумал этот сумасшедший.

— Очень смело поступил. Прикрылся девушкой, которая к нашим делам не имеет совершенно никакого отношения, — покачал головой я. — Хотя о чём это я? Тебе ведь даже хватило совести моего младшего брата проклясть. Сколько ему в тот момент было лет? Пять? Десять?

— Ого! — Ушаков удивлённо вскинул брови. — А как ты узнал насчёт Кирилла? Неужто я оставил следы?

— Ты даже не отрицаешь, — сухо усмехнулся я. — Может, объяснишь, зачем тебе всё это? Я уже понял, что ты хочешь забрать у меня «магический анализ». Но я не вижу никакой связи с Кириллом. Он-то почему должен был страдать все эти годы?

— Павел, ты очень однобоко смотришь на проблему, — вздохнул Ушаков. — Тебе так нравится называть «магический анализ» своим, хотя на самом деле он тебе не принадлежит. Его должен был унаследовать я, чёрт тебя подери!

Николай Антонович впервые вышел из себя. До этого он старался не показывать свои эмоции. Но поднятая мной тема чем-то задела этого психа.

— Ты ещё не понял, Павел? Эта сила с самого начала была у тебя. Ты родился с предрасположенностью к этому «анализу». То ранение, которое нанёс тебе убийца, стало лишь триггером. Оно ускорило раскрытие твоего потенциала. Запустило спящие магические каналы, — заявил Николай Антонович.

— И от кого я мог унаследовать эту силу? — не понял я. — Ты же сам показывал мне древо Булгаковых. Ни у кого этих способностей не было.

— Были. Они были у моего деда, — ядовито улыбнулся Ушаков.

— И что? Ты единокровный брат моего отца. С твоим дедом у меня нет родственных связей.

— А мы с тобой сейчас не про цвет глаз и не про наследственные заболевания говорим, Павел. Я всю жизнь изучал, как передаётся магическая сила. И оказалось, что наследуется она куда сложнее. Необязательно иметь прямое родство с человеком. К сожалению, колдовской потенциал может передаваться и косвенно. Например, если у твоего брата родятся дети, кто-то из них может получить силу, которой владеешь ты. Понимаешь?

Ах, так вот к чему он клонит…

— Так ты затеял всё это из-за банальной обиды? Разозлился, что сила твоего деда перетекла ко мне, а сам ты остался ни с чем? — поморщился я. — Это и есть твоя мотивация?

— Советую аккуратнее подбирать слова, Павел. Твоя семья отняла у меня то, чем должен был владеть я, — прошипел Ушаков. — Я понял это очень давно. Десять лет назад, когда я ещё общался с твоими родителями, мне удалось определить, что потенциал моего деда утёк в вашу семью. Тогда-то я и проклял Кирилла. Решил обставить всё так, будто мальчик умер от неизлечимой магической болезни. И тебя тоже попытался проклясть, Павел. Вот только ничего не получилось, потому что в тот момент в тебе уже дремал магический потенциал.