Онлайн книга «Придворный Медик. Том 4»
|
— Ты… Федя, ты ударил Павла Андреевича? — вскинула брови старушка. — Ну что ж ты за дурачина такой бестолковый! Тамара Сергеевна подхватила так удачно оказавшийся рядом зонтик и врезала своему сыну по хребту. — Мама, остановись! Прекрати позорить меня перед… — Сколько раз я тебя просила? Сначала разберись в ситуацию, а уже потом бросайся на людей, — продолжила читать нотации Вознюкова. — Этот человек — уважаемый лекарь. Я сама позвала его сюда, чтобы он помог мне разобраться с реликвиями. Между прочим, господин Булгаков сохранил мне ноги! Ты в курсе, что мне их уже собрались отрезать? — Как… Как отрезать? — побледнел Фёдор Вознюков. Вообще-то такого не было, но влезать в этот спор я не стану. А Тамара Сергеевна — тот ещё манипулятор. Насколько я помню, она уже рассказывала мне о своём сыне. Он командир гвардейского подразделения. А она строит его, как совсем зелёного солдата! Гвардеец, разобравшись в ситуации, резко повернулся ко мне и в раскаянии опустил голову. Только сейчас мне удалось рассмотреть его лицо. Поначалу мне казалось, что волос у него нет только на голове. Но тут до меня дошло, что у него их вообще нет. Ни на лице, ни на голове. Даже брови отсутствуют. Рукава у Фёдора засучены, и на руках тоже нет ни одного волоска. Такое впечатление, что его кто-то пламенем облил, сжёг все волосы, но каким-то образом не задел кожу. Я, конечно, встречался с разными видами облысения, но такое запущенное вижу впервые! — Простите меня, Павел Андреевич, — сокрушённо произнёс гвардеец. — Я допустил ошибку. Сгоряча набросился на вас. Подумал, что кто-то ворвался в покои к моей матери. Плюс ко всему она ещё и не отзывалась… — Я не отзывалась, потому что в части комнат проведена магическая звукоизоляция! — напомнила сыну Тамара Сергеевна. — Ты забыл, что мои соседи Свиридовы постоянно жалуются, что я, видите ли, слишком громко смотрю телевизор? — Забыл, — вздохнул гвардеец. — И всё же я не хотел так себе вести. Господин Булгаков, надеюсь, вы меня понимаете. Ситуация в императорском дворе сейчас напряжённая. К нам смогли прорваться враги, и я опасаюсь, что кто-то может навредить моей матери. Тем более она хранит при себе столько реликвий… Вдруг они кому-то могут понадобиться? — Всё в порядке, Фёдор… — Евгеньевич, — представился гвардеец. — Фёдор Евгеньевич Вознюков. — Я бы на вашем месте поступил бы точно так же, Фёдор Евгеньевич, — кивнул я. — Конфликт исчерпан, всё в порядке. — Павел Андреевич, вы только никому не рассказывайте о том, что здесь случилось, — попросила Тамара Сергеевна. — Фёдор у меня мальчик очень конфликтный, но добродушный. Мальчик? Фига себе — мальчик! Да ему лет сорок, не меньше. Вот это я понимаю — гиперопека! Удивительно, как он смог дослужиться до столь высокого звания. Обычно дети, страдающие от неадекватной опеки, редко адаптируются к взрослой жизни и уж точно не становятся командирами. Но я не психолог. Допускаю, что могут быть и исключения из правил. И одно из них прямо передо мной. — Вернёмся к нашему делу, Тамара Сергеевна, — я указал Вознюковой на полностью истощённый кристалл. — Вот этот морозный артефакт лежал прямо под вашими ногами. Видимо, ночью он активировался и медленно нарушал кровообращение в ногах. Я вам очень настоятельно рекомендую отсортировать все ваши реликвии. А магические кристаллы убрать из спальни. Повезло ещё, что на вас подействовал не огненный кристалл. Думаю, вы и сами понимаете, чем такая ситуация могла закончиться. |