Книга Придворный Медик, страница 84 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— А что, если я… Потеряю сознание? — спросил солдат. — Такое ведь бывает иногда. Помню, как вы заехали мне тренировочным мечом по голове. Я только через полчаса пришёл в себя.

— Постарайся не пропускать удары! Ради чего я тебя столько обучал, чёрт тебя подери⁈ — разозлился Коршунов, но довольно быстро остыл, поскольку осознал, что такая ситуация и вправду может случиться. — Но если вдруг ты придёшь в себя и увидишь перед собой Булгакова — беги. Не давай ему к себе прикоснуться.

Коршунов не имел возможности заплатить лекарям. Связей у него было совсем немного. Но он не боялся рисковать здоровьем бойца. Когда-то командир сам участвовал в турнире и проиграл. Ему страстно хотелось отыграться.

На этот раз его претендент точно должен победить!

* * *

— Господин лекарь, ну как же вы не понимаете? У меня рак! Это совершенно точно, — упирался пациент, пытаясь доказать мне свою правоту. — Экология сейчас страдает. Говорят, над Санкт-Петербургом растёт огромная озоновая дыра. А я постоянно работаю на улице. Разгружаю продовольствие, таскаю его под солнцем на склад. Уверяю вас, у меня — онкология!

— Захар Семёнович, — вздохнул я. — Начнём с того, что ультрафиолетовое облучение повышает вероятность развития злокачественных новообразований кожи. А вы жалуетесь на боли в желудке. Хотите сказать, что вы каким-то образом желудок смогли просветить?

— Озоновая дыра, говорят, ОЧЕНЬ большая, — закивал пациент.

Поражаюсь мышлению некоторых пациентов. Порой встречаются люди настолько мнительные, что им даже в перхоти чудятся раковые клетки.

И ведь пациент действительно болен. Только диагноз у него скорее психиатрический. Такая одержимость называется онкофобией. Человек искренне боится, что любая боль может быть признаком опухоли.

Иногда среди больных встречается ещё и кардиофобия. То же самое по своей сути, только пациент боится не онкологии, а инфаркта. Причём часто доводит себя до такой степени, что напряжённая нервная система и вправду начинает вызывать признаки нарушений работы сердца.

— Я вас подробно осмотрел. Поверьте, у вас из заболеваний — только гастрит, — объяснил я. — Таблетки от него я уже выписал. Но в добавок к ним я ещё посоветую пропить успокоительное. Вы удивитесь, когда начнёте его принимать. Готов поспорить, что все симптомы сразу же исчезнут. Я вас не обманываю.

— Ох, ладно, Павел Андреевич, — вздохнул пациент. — Надеюсь, вы правы.

— Но от желудка таблетки всё равно пейте регулярно, — посоветовал я. — Если будете следовать моей схеме, то никаких опухолей желудка у вас точно не возникнет.

— Спасибо, хоть немного меня успокоили, — произнёс мужчина, покидая мой кабинет. — Мне звать следующего пациента?

— Нет, скажите, чтобы подождали. Я сам позову через пару минут, — произнёс я.

Мне нужно было заполнить накопившиеся протоколы, поэтому я решил ненадолго задержать очередь. Внося данные в систему, я усилил свой слух, чтобы хотя бы примерно определить, сколько ещё человек осталось в коридоре.

И тогда я услышал два голоса. Разговор двух пациентов заставил меня насторожиться.

— Это была твоя идея, — простонала женщина. — Теперь мы с тобой подохнем!

— Сама виновата, — шикнул на неё мужской голос. — Отравиться должен был он, а не мы!

Предательство! Да ещё и в пределах императорского дворца. Рискованный ход. Если я правильно расслышал, о чём переговаривались мои пациенты, ситуация выходит паршивая. Получается, что эти люди собирались кого-то отравить, но вместо этого каким-то образом сами умудрились принять яд.