Книга Класс: Боевой Целитель. Том 5, страница 52 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Выпей это, — я протянул Богдану склянку с болеутоляющим отваром.

— Что это? — он принюхался.

— Не яд, не переживай. Если бы хотели тебя убить, воспользовались бы сталью, а не отравой, — уверил его я. — Это зелье облегчит боль.

— Незнакомый запах, — насторожился он. — Мы боль убираем другим способом.

— Это мой личный рецепт, — возмутилась Видана. — Не придирайся, пей давай!

Я помог Богдану выпить отвар, достал из своей сумки льняные нити с иглой, повязки, скальпель и ножницы.

— Учти, боль полностью не уйдёт, — предупредил я. — Зелье лишь немного заглушит твою чувствительность.

— Другими словами, будет усраться как больно, да, врачеватель? — передразнил меня он.

— Будешь язвить — я тебя вообще лечить не буду. Вернёшься в кладовку, — пригрозил я.

— Молчу, — цыкнул он.

И я приступил к операции. Кислота растворила кость, не оставила от неё и следа. Я опасался, что, придётся подпиливать предплечье. Но нет. Система подсказала, что нижняя часть не деформирована. Остаётся только удалить омертвевшие мягкие ткани.

И это было самой неприятной частью для моего пациента. Богдану дали тряпку, чтобы он мог зажать её между зубов. Кряхтел он знатно, но смог сдержать вопли. Я постарался закончить этот этап быстро.

Затем обработал рану антисептиком, заживляющими мазями и приступил к наложению швов.

Управился за один час. Богдан к тому моменту уже адаптировался к боли. Видимо, нервная система сама отключила неприятные ощущения. Такое и в самом деле бывает. У каждого человека есть антиболевая система, основанная на гормонах и способностях нервной системы.

Правда, в моём мире у многих людей эта функция переставала нормально работать, потому что те чересчур часто употребляли обезболивающие препараты.

Голова болит — таблетка. Спина болит — таблетка. Живот болит — тоже таблетка.

А организм человека — штука ленивая. Он понимает: если проблему можно решить извне, значит самому можно больше не стараться. Именно поэтому многим людям даже обезболивающие перестают помогать. Организм к ним адаптируется и требует большие дозировки.

— Всё, — я закончил бинтовать руку Богдана. — Будем обрабатывать каждый день. С нашими мазями заживёт быстро. Если процесс затянется, помогу тебе магией, когда восстановлю ману.

— Блестяще, — саркастически усмехнулся Богдан, рассматривая своё левой предплечье. — Даже из лука теперь не постреляю.

Я достал нож и перерезал сдерживающие пленника верёвки. Он расправил спину, хрустнул всеми суставами, какими только мог. И с облегчением вздохнул.

— Я свою часть уговора выполнил. Теперь твой черёд, — произнёс я.

— Может, хотя бы пожрать что-нибудь дадите, а то я…

— Сначала рассказывай, потом будешь есть, — настоял я.

— Нет в вас ничего святого, — покачал головой он. — В отличие от магических стен.

— Что это значит? — пожал плечами я.

— А вы не обратили внимания, что наши «друзья» из Арадона, мягко говоря, помешаны на культе Двенадцати богов? — спросил он. — Криос, Таврос, Скопос, Скалес…

— Не нужно их всех перечислять, — перебил его я. — Суть мы поняли.

Как я и думал. Все боги в этом мире один в один сходятся с названиями созвездий, которые лежат в основе знаков зодиака из моего мира.

— Скалес? — удивился Яволод. — А наш бог тут каким боком?

— Бог равновесия? А мне почём знать? — пожал плечами Богдан. — Скорее уж это я должен спросить, каким образом вы про остальных забыть умудрились.