Книга Смерть Созданиям Сумрака: Расцвет, страница 132 – Александр Вольт, Ричард Рубин

Я поморщился. Отлично. Мало мне было компьютерного «помощника» с самым мерзким в мире характером, так еще и внутренний голос проснулся и шантажом уважение выцыганивать начал. Вы издеваетесь?

… кто знает…

Класс.

Светлое пятно разрослось и стало огромным. До выхода — рукой подать. И на этом самом выходе бой с тенью перерос в самое настоящее побоище. В нос сразу ударил стойкий запах железа. Тело замерло, когда глаза хоть немного привыкли к ярком дневному свету.

Они все лежали. Все. Истерзанные. Разодранные. Внутренние органы наружу. Раскрошенные черепа. Конечности вывернуты в суставах под неестественным углом… Тела не людей, а кукол, с которыми дети поиграли, а убрать назад в ящик забыли.

Последняя из этих кукол сейчас стояла на ногах без капли сил. И клинок ее оказался не клинком, а куском арматуры.

Температура упала еще на десяток градусов. Холодом от Софы шпарило так, словно я стоял у криокамеры с жидким азотом. Минус двести по Цельсию, не иначе.

Она закричала. Надрывно, отчанно, до срыва связок. Твари, окружившие Катерину, повернули к нам свои уродливые морды… и разом застыли. Буквально. Их шкура превратилась к ледяную корку в несколько сантиметров толщиной. У всех троих. Разом. Я стоял на месте, отвалив челюсть. Откуда в моей подруге сейчас было столько сил — не знаю. Сила ненависти? Сила злобы? Близость воды? Без малейшего понятия.

Софа сорвалась с места и саданула со всего размаху ногой по морде двари. Такому удару бы позавидовал любой нападающий из ЦСКА или Динамо, честное слово. Раздался тонкий звон и тварь рассыпалась на крошево. Прыжок к следующему монстру и новый удар. Льдистая пыль вперемешку с кусками серой, осклизлой плоти. И наконец… Третья. Ей, навсегда оставшейся в замахе, Софа вломила кулаком в морду. По льду пошли трещины, но сил на то, чтоб расколоть тварь одним ударом, уже не хватило. Поэтому моя спутница добавила. И еще. И еще. Пока чудовище не стало тем, чем ему положено было стать уже давно. Гнилью и прахом.

Я подскочил к Софии и обхватил ее со спины.

— Хватит. — сказал я, отрывая ее от земли. Софа меня будто и не заметила, брыкалась так, что чуть не лягнула меня. Опасно. Самое ценное надо бы поберечь. — Прекрати, они мертвы.

— ПУСТИ. ПУСТИ МЕНЯ, Я ДОЛЖНА ПОМОЧЬ, — кричала она. Я сцепил пальцы в замок. Спокойно, Витя. Эти импульсы должны выйти сейчас. Если Софа их сдержит, будет хуже.

Она не больно-то сдерживалась — заехала мне пяткой в колено, в голень. Но я не обращал внимания. Потому что перед глазами стояло лицо Катерины. Ее немигающий взор. Огромная рана на шее.

Она лежала на боку и бессильно тянула худые смуглые руки куда-то вдаль. В ту самую страну, где на небе светит белая луна, а люди никогда не слышали про упырей.

* * *

Я все же не очень много понимал в психологии, в поведении людей и вообще в жизни, надо сказать. Но то, что творилось с Софой, распознал сразу.

Истерика.

Ты прав, внутренний голос. Рад, что в тебе не только скотская сторона есть.

Я отпустил Софу. Она тут же метнулась к одному из лежащих на полу бедолаг — тощего паренька. Схватила его за руки, повернула… и выяснилось, что паренек лишился половины лица. Затем перебралась к рыжей девчушке, которой вспороли живот, а уже потом — к Катерине, которая пала последней.