Книга Смерть Созданиям Сумрака: Расцвет, страница 112 – Александр Вольт, Ричард Рубин

Чем больше я узнавал тем меньше хотелось обижаться на отца за то, что он исчез из моей жизни. Вышел за хлебом и не вернулся, хех. Какая глупость.

В комнате, куда мы отправились, проводили невероятно важные и совершенно непонятные научные исследования. Если, конечно, я все правильно понял из перешептывания Катькиных подопечных. Даже любопытно стало, что там. Я взял одну из тетрадей, раскрыл ее. Один из листов был выдран с положенного места и свернут гармошкой. Я осторожно его расправил.

Ого. Интересно. Чья-то рука изобразила на нем… гребаный хула-хуп, через который я сюда попал. В очень схематичном виде, но сходство сразу угадывалось. Я поднял глаза на Катерину.

— Вы читали что-нибудь, что здесь лежит?

— Ммм… пробовали, все очень сложное.

— Понимаю. Можем мы здесь осмотреться?

— Да, конечно! — сказала она. На этот раз без тени сомнения. После того, как БАСКО всему честному народу показал запись, мой авторитет значительно вырос. Наверное, уже даже с Софкиным сравнился. Интересно, не завидует ли она тому, что минута славы так быстро прошла, хехе?

Я походил по комнате, посмотрел на полки с книгами. Снял с них слой пыли в три пальца толщиной. Так, что тут у нас…. Квантовая физика, теория струн, теория относительности, монография на тему влияния нейтрино на работу нуль-двигателей; теория телепортаторов для чайников. Всякая нудятина от ученых и для ученых. Действительно ничего интересного. А разговоров-то было.

Вышел из комнаты и направился в главный холл. Там на столах высились прямо-таки горы разносортной макулатуры. Газеты, журналы, рекламные брошюры, меню всяких забегаловок, инструкции по сборке стола, гарантийные талоны и куча всякой дряни, в которой точно не было ничего… полезного? Нет, если бы вопрос стоял именно по сохранению памяти всего, что человеком создано, то еще можно оправдать сбор этой дряни. Но вообще у меня возник закономерный вопрос. Даже два.

Зачем и нахрена?

— Катя! — крикнул я.

— Да, — отозвалась она. Вывернула из-за угла в тот же момент, словно ждала.

А вдруг и правда ждала. Чтоб ты, товарищ ИЗБРАННЫЙ, обратил на нее свое высочайшее внимание.

— Скажи мне, вы хоть как-то сортировали находки?

— В смысле? — не поняла она.

— Среди всей этой кучи… бумаги, — попытался я обойтись без грубости, — вы хоть как-то установили, что и к чему относится? По годам, например, или по важности. Почему у вас меню из пивнухи лежит рядом с газетой с заголовком «ШАРЛОТКА С КАРРИ», в которой, — я взял ветхую газетенку в руки и быстро пробежался глазами по строчкам, — рассказывают, как баскетболист Стеф Карри перешел в клуб «Шарлотт Хорнетс». Да пошел он на хер, этот Стеф Карри, что он вообще тут делает?

— Ну… мы… — Она трогательно покраснела. — Собирали все, что казалось нам необходимым…

— Ты чего орешь как кот, которому яйца дверьми придавило? — вышла из-за угла Софа. — Или это последствия недавних маня поллюций Баськи?

— ВОЗМУТИТЕЛЬНО, — пробухтел БАСКО из ее браслета.

— Манипуляций, — поправил я ее. — Нет, тут у нас просто кружок летописцев. Составляют подробное жизнеописание всего подряд.

Я целый монолог заготовил, но озвучить его так и не успел. Низкий, тревожный гул донесся до нас через вентиляционные отверстия. Катерина как его услышала, аж побелела.