Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 245 – Ричард Рубин

Юри смутилась.

— Д-даже не знаю, Г-гару, я никогда не пела для кого-то еще…

Я удивился.

— Че-т не стыкуются твои слова тогда, Юри. Или у тебя в караоке приватная кабинка была?

— Если честно, то да, Моника сняла нам отдельную к-комнатку, н-но дело не в этом. П-понимаешь, там… там было все п-по-другому… решиться было п-проще. Ч-черт возьми, — она всплеснула руками, — Н-нацуки выпила д-два стакана д-дайкири и спела «Я ж-жду г-героя»! П-после такого вы…вы…выступления уже ничего не стесняешься. А сейчас в…все… все иначе.

Громкость голоса у нее снова ухнула вниз, и мне пришлось взять беднягу за руку, чтоб чуток приободрить. Раньше мне казалось, что общение с Юри это как беготня по минному полю, но сейчас впечатление начало меняться. Больше похоже на всякие эскорт-миссии, которые любили в нулевых пихать в экшны. Где надо следить, чтоб твой подопечный добрался целым до конца уровня и не отдал сатане душу по дороге. Никогда по этим миссиям не угорал. Но с другой стороны, и сопровождать там обычно приходилось не милых пышногрудых тянок.

— Ладно, заставлять не буду, — пообещал я, — если хочешь знать, из меня вокалист вообще хреновый, этим гнусавым голосом разве что станции метро объявлять.

— Вовсе нет, — спешно возразила Юри, — у тебя п-приятный голос… н-неповторимый в своем роде.

Я почувствовал, как губы расходятся в улыбке. Вот вроде книжный червь, абсолютно не социальная личность, а как здорово умеет запихнуть подколку в комплимент. Это ж природный дар.

Обеденный перерыв закончился, и сразу же после этого Юри предложила вернуться к «Портрету Маркова». Я в восторге от этой идеи не остался, но возражать не стал. Ни к чему ей знать, что этот местный школьник сегодня уже в крипипасте побывал. Но переключиться на текст полностью не выходило — взгляд по строчкам вожу, а в голове только

(ты гадкий, нехороший мальчишка! только все портишь)

Лишь когда успокоился, смог полноценно все обдумать. Не зря я все-таки книжки читал, не просто так. Соображалку они прокачивают здорово, даже художка. Тем более мне повезло остановиться у грани, за которой начинается синдром поиска глубинного смысла.

Если предположить, что в образе

(тени отца Гамлета)

мелкой хозяйки Трюфеля ко мне явился кто-то другой, например, новый хозяин консоли, и начал возбухать, что я ему всю малину порчу, то это… прекрасно. Как говорится, верной дорогой идете, товарищи. Вряд ли он желает мне добра, и если после моих действий у этого черта начинает полыхать пониже спины, то вариант один. Продолжать в том же духе.

Вон как он настойчиво пытался меня дезориентировать, сбить с толку… даже преуспел почти, псина сутулая. Но только Юри оказалась в порядке, так что не зашла его ставка. Я теперь его сам при встрече собью. И не только с толку.

(а ты уверен, что в порядке? чей тогда там был кровавый след?)

Да почем мне знать, чей? Может, на том месте недавно бродяги подрались за бутылку рисовой водки, какая разница? Единственное, что имеет значение — то, что Юри живая, здоровая… и сейчас смотрит на меня.

— Т-ты д-дочитал?

— Что?

Мы снова сближаемся. Начинает казаться, что кто-то шутки ради отмотал этот день на магнитофонной пленке и запустил ее снова. Я не против, но только с условием, что на этот раз обойдемся без крипоты.