Онлайн книга «Мастер Алгоритмов. Книга 0»
|
Она вздрогнула, будто очнувшись ото сна, и захлопнула книгу. — Баюн! — мысленно рявкнул я. — Работать! Ты — мои глаза и уши. Сканируй фон в реальном времени. Мне нужна точная картина помех от этой старой дряни. Прибор ожил, но теперь с ровным, контролируемым звуком работы. — Начинаем! Илья, мощность на пятьдесят процентов! Плавная подача! — Не то, — спокойно отозвался Баюн. — Фон гасит импульс. Как матрасом накрыли. Не пробивает. Мощности не хватает, чтобы продавить их помеху. — Понял. Василиса Дмитриевна, нужна ваша интуиция! Забудьте расчеты! Какая нужна частота, чтобы пробить этот низкочастотный мусор? Навскидку! Она на секунду прикрыла глаза, сосредоточившись. Потом ее глаза вспыхнули стальным блеском. — Высокая. Очень высокая. Попробуй триста сорок! Амплитуда — двенадцать! — Илья, слышал⁈ Триста сорок! Мощность — семьдесят процентов! Давай! Илья с силой повернул массивный медный регулятор. Гудение прибора стало выше. — Есть! Пробило! — напряженно констатировал Баюн. Даже его, похоже, зацепила серьезность ситуации. — Поток пошел! Но он нестабилен. Скачет как напуганная мышь. Эта дрянь пытается его компенсировать! — Ну вот, опять завыло, — снова ухмыльнулся Степан Матвеевич. Но в этот раз на него никто не обратил внимания. — Держать мощность! Илья, не сбрасывай! Василиса, давай мне диапазон! От и до! Будем искать резонанс вручную! — От трехсот двадцати до трехсот шестидесяти! — выкрикнула она. — Илья! Слушай меня! Начинаешь с трехсот двадцати. Я говорю «дальше» — плавно крути на два вверх. Баюн, лови момент, когда поток стабилизируется! Поехали! Это была уже не изящная технология, а грязная, грубая работа — насколько так вообще можно назвать операции с техникой. — Давай! — Есть триста двадцать! — Нет! — сообщил Баюн. — Дальше! — Триста двадцать два! — Нет! — Дальше! Илья крутил ручку, его лицо было мокрым от пота. Василиса стояла рядом, впившись взглядом в проводник, ее губы беззвучно шевелились, повторяя цифры. — Триста сорок восемь! — Теплее… — продолжал делиться наблюдениями Баюн. — Почти… Еще! — Давай! — Триста пятьдесят! — Есть! Стоп! Держи эту частоту! Держи! И в этот момент вой прибора сменился ровным, мощным, уверенным гудением. Фиолетовое моргание кристаллов перешло в стабильный, чистый голубой свет. Все взгляды метнулись к контрольному датчику, который Василиса прикрепила к стене. Стрелка, до этого лежавшая на отметке «47%», дрогнула. А потом медленно, потихоньку поползла вверх. Сорок семь… Сорок девять… Пятьдесят два… Пятьдесят пять… Участок старого проводника на стене ничуть не изменился на вид, но я знал — он очищался. Процент за процентом восстанавливал проводимость — нашими стараниями. Степан Матвеевич утратил свою издевательскую ухмылку. Его глаза, до этого полные презрения, округлились, как два пятака. Он сделал шаг к датчику, не веря своим глазам. — Да быть не может… — прошептал он. А стрелка пересекла отметку в семьдесят процентов. И останавливаться не собиралась. Обратно в Министерство мы ехали в полной тишине. Илья, сжав руль побелевшими пальцами, уставился на дорогу, но я видел, что его мысли далеко. Василиса, отвернувшись к окну, смотрела на проплывающие огни ночного города. Мария сидела сзади, стараясь не издавать ни звука. Я смотрел на покрытый брезентом ящик нашего прототипа, занимавший чуть ли не половину кузова, и молчал вместе со всеми. |