Книга Первый инженер императора IV, страница 53 – Александр Вольт

Радомир с тяжелым вздохом откинул потертую шкуру и вышел из шатра. Он был в одном исподнем и потягивался, разминая могучие, покрытые шрамами мышцы, и этот процесс сопровождался таким хрустом, словно кто-то пытался сложить пополам старый дубовый шкаф.

— Чего там? — пробасил он, обращаясь к тощей, суетливой фигуре, которая уже успела припасть к его ногам.

Дикарь, которого звали Хмырь тут же совершил сложное акробатическое действие, которое было чем-то средним между низким поклоном и попыткой спрятать голову в землю, как это делают страусы из детских книжек.

Это был жест не столько почтения, сколько хорошо продуманной техники выживания. Все знали, что утреннее настроение Радомира было таким же предсказуемым, как траектория полета пьяной летучей мыши в грозу.

— Я узнал, Радомир, все узнал! Тот парень, этот… барон, за которого оба царя держатся, как за последнюю надежду… он что-то нашел на Севере! Что-то большое и, говорят, очень блестящее! И та вспышка света, что мы видели… это все он! Его рук дело! Сегодня утром оба царя, и Долгоруков, и Романович, снова к нему в поместье поехали! А еще… — Хмырь сделал драматическую паузу, его глаза забегали, — а еще в Новгороде, на рынке, бабки шепчутся, что этот их «инженегр», или как его там… вумник, короче… так вот, он скоро начнет делать для них новое оружие и броню! Много! Говорят, такую, что ни меч, ни стрела не берет!

Радомир слушал, его лицо медленно превращалось из просто заспанного в каменно-непроницаемое. Он смерил Хмыря долгим, тяжелым взглядом.

— Бред, — наконец резюмировал он, вынося свой вердикт.

— Вот те крест! — тут же взвизгнул дикарь, торопливо осеняя себя каким-то сложным знаком, который, видимо, должен был символизировать крест, но получился «тсерк».

Радомир снова смерил его суровым взглядом, от которого даже у самых отчаянных кочевников начинали подрагивать колени.

— Знаешь, Хмырь, что раньше делали с гонцами, которые приносили плохие вести?

Дикарь нервно сглотнул. Воздух вокруг него, казалось, стал холоднее на несколько градусов. Он знал. Конечно, он знал. Историю в этих краях учили не по книжкам, а на наглядных примерах, которые, как правило, после этого не могли уже ничего рассказать.

— Ик… их… — пролепетал он, пятясь назад.

— Верно, — кивнул Радомир. — Но, — он сделал паузу, и на его лице промелькнуло нечто, отдаленно напоминающее улыбку, — сегодня у меня хорошее настроение. И ты, Хмырь, принес мне не плохую весть. Ты принес мне ценную информацию. А это, как говорят умные люди, совсем другое дело. Так что можешь считать, что тебе повезло. На этот раз. А теперь иди и разузнай подробнее про это их «оружие». И про этого «инженегра». Я хочу знать о нем все. И живо.

Хмырь, не веря своему счастью, низко поклонился и пулей метнулся прочь, пока его предводитель не передумал.

Радомир же остался стоять один посреди своего лагеря, глядя на восток. Новое оружие… Неприступная броня… Каждый день этот невесть откуда взявшийся сученыш наводил суету и смуту в планы Радомира. Он не знал, кто таков этот барон, но слухи, которыми мир полнился, строили странную, но очень яркую картину.

«Что ж, — подумал он, почесывая свою нечесаную бороду. — Значит, придется действовать быстрее. Настолько быстрее, чтобы они ничего не успели предпринять».