Книга Первый инженер императора I, страница 7 – Александр Вольт

Лязг металла рывком выдрал меня из неуютной и вязкой темноты полудремы. Надомной стоял верзила, а за ним за решеткой по ту сторону двое представителей синих мундиров с пятиконечными звездами. В этот раз другие лица, не те, что вчера.

Они смотрели на меня, щуря глаза, которые явно открыли сегодняшним утром с трудом и без особого желания. Воздух тут же заполнился запахами кислой браги и вечерней попойки.

— Вставай, — прогундел недовольно Васька-палач. — Пора идти.

2

Нынешний царь, который в ближайшем будущем собирался стать новым императором, сидел напротив меня. Его взгляд был опущен на лист бумаги, по которому он неприятно скрипел пером, то и дело обмакивая его в чернильницу. Звук, должен сказать, был просто невыносимым. Казалось, что он скребет не по пергаменту, а прямо мне по мозгам, словно делал это намеренно.

«Интересно, — спокойно подумал я, — что заставляет его так усердно выводить эти каракули?»

— Принесите самовар с чаем, — скомандовал царь и махнул свободной рукой, не отрывая взгляда от стола.

По ковру зашуршали чьи-то шаги, тихо скрипнули петли и снова тишина. Только перо скрежетало по пергаменту.

Я сидел на табурете, подпирая щеку ладонью, и старался не закатывать глаза. Терпение — ценная добродетель, напоминал я себе, продолжая рассматривать помещение. Хорошо убранное, украшенное в самых, что ни на есть царских условиях.

Стол из красного дуба, с резными ножками и завитками. Золотая люстра с добрым десятком подсвечников, внушительные шкафы с книгами, которые, мне казалось, здесь на вес того самого золота.

Позади царя находилось широкое окно с видом на центр города, украшенное плотными гардинами и занавесками. Свинцовые переплеты рам — архаично, но надежно. Стекло зеленоватого оттенка — примесь оксида железа. Пропускает не более шестидесяти процентов света. Я ухмыльнулся от этой мысли. Хорошо, хоть не слюда.

Я снова перевел взгляд на монарха. Уж больно долго он что-то там записывал. Похоже, составлял список моих грехов. Или, что мне казалось более подходящим и вероятным, просто рисовал барашков. Судя по его виду, Его Величество был не сильно озабочен моим присутствием.

Впрочем, чего еще было ожидать от царя, который считал себя просвещенным монархом? Просвещение, видимо, в его понимании заключалось в том, чтобы писать каракули, и время от времени бросать на меня презрительные взгляды.

Я не уверен, но, наверное, самодержец считал, что этого достаточно, чтобы произвести на меня впечатление и заставить дрожать.

Но при этом, будучи человеком грамотным, хотя и не заставшим монархию, я испытывал только легкую скуку. А так как все люди слеплены на девяносто девять процентов из одинакового материала, то воспринимать царя за сына божьего я не собирался.

Однако, раз этикет требовал соблюдать субординацию и дистанцию — я соблюдал.

Внутри себя я уже решил: этикет это всего лишь игра, и я играю по правилам, которых требовала ситуация.

— Племянник кузнеца Кулибина, значит, — пробубнил царь себе под нос.

— Так точно, Ваше Величество, — ответил я, опустив руку от щеки на колени. Стул подо мной скрипнул. Если резко встать, конструкция развалится. Не царский уровень, явно провинциальный мастер.

Уверенность была сейчас моим единственным оружием, которое я мог спокойно использовать. Хотя внутри себя и понимал, что на любую уверенность нужно время. А его у меня буквально с каждой секундой становилось все меньше.