Книга Архитектор душ XII. Последнее дело Громова, страница 65 – Сергей Карелин, Александр Вольт

— Я не могу обещать, Ваше Величество… — слегка потупился дварф, явно не желая брать на себя ответственность за решения старейшин своего клана.

— Я и не прошу, господин Торбин, — ровно произнес Федор II. — Просто акцентируйте внимание на том, что ваш народ и наша Империя имеют очень много совместных бизнес-проектов, и уже очень долгое время наши народы активно сотрудничают на одной земле. За все это время ни один дварф не был никоим образом ущемлен в правах на нашей территории. Мы не расистское государство, а напротив, стремимся наладить отношения со всеми народами, что здесь обитают. Нам есть что терять вместе.

— Я это прекрасно понимаю, Ваше Величество, и искренне надеюсь, что мои сородичи это тоже поймут и не станут отрицать, — ответил Торбин уже более уверенно. Дварфы уважали деловой подход и выполнение контрактов.

Император удовлетворенно покивал.

— Что ж, можете быть свободны. Отдохните перед вылетом, поскольку подготовка займет немного времени. Логистика в нынешних условиях требует аккуратности.

Федор II поднялся из-за стола. Отринув формальности, монарх лично проводил нас до выхода из переговорной, после чего мы с Торбиным направились по коридорам в жилой сектор, где располагалась выделенная мне комната.

Шли мы молча. Торбин хмуро осматривал обстановку бункера, прижимая к себе рюкзак с двустволкой, а я мысленно прокручивал предстоящую задачу. Дипломатическая миссия в закрытую подземную крепость дварфов — это не рейд по лесу. Здесь нельзя выхватить пистолет или применить магию душ, чтобы заставить собеседника слушать. Если старейшины Торна упрутся, мы просто потеряем время, а его у нас почти не осталось.

Добравшись до нужной двери, я приложил магнитную карту к считывателю, и мы вошли внутрь.

Торбин сразу же скинул тяжелый рюкзак на пол у шкафа, прислонил ружье к стене и с облегченным вздохом опустился на край застеленной кровати.

— Ох, ну и денек, — пробасил он, потирая широкими ладонями колени.

Я закрыл дверь, бросил взгляд на дварфа и сел на стул у небольшого столика. Нам предстоял очень серьезный разговор до того, как за нами придут военные.

— Торбин, — начал я без долгих вступлений. — Я знаю, что ты не хотел в это ввязываться и я ценю, что ты не стал возражать Императору. Но теперь давай начистоту. Мы оба понимаем, что твое слово для стражи у врат — это наш единственный пропуск внутрь. Что мне нужно знать о Торне и ваших старейшинах до того, как мы туда прилетим, чтобы нас не развернули еще на подходе?

— Да особо-то и нечего знать, Виктор, — ответил Торбин, тяжело вздохнув и оперев локти о колени. — Вся их хваленая безопасность строится на педантичности и паранойе. Когда мы прибудем к вратам, стража в первую очередь остановит нас, наставит пушки и спросит, кто я таков. Затем уточнят, к какой фамилии принадлежу, спросят, как звали отца и мать, когда я покинул Торн и зачем вернулся.

Дварф загнул толстый палец.

— После этого они закроют амбразуру и начнут проверку по своим внутренним базам данных. По крайней мере, так было давным-давно, когда я уходил на поверхность, но вряд ли там что-то сильно изменилось. Разве что картотеки теперь электронные. Это займет немного времени, прежде чем нам дадут ответ и только тогда впустят. В моем-то случае все прозрачно, я местный. А вот что будет с тобой… — Торбин сомнительно покачал головой. — Тут мне трудно предположить. Искренне надеюсь, что если я скажу, что ты прибыл от самого Императора с личным письмом, то это сыграет немалую роль и тебя пропустят вместе со мной без лишнего шума.