Книга Архитектор Душ Х, страница 75 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Судя по всему, руководство олимпиады позаботилось о том, чтобы ей выделили индивидуальную палату. Вероятно, это было сделано для того, чтобы сгладить последствия скандала и обеспечить пострадавшей максимальный покой. Других пациентов рядом с ней не было, в коридоре этого блока царила идеальная тишина, а сама палата явно относилась к категории повышенной комфортности.

Я негромко постучал костяшками пальцев в деревянную дверь и, приоткрыв ее, заглянул внутрь.

Виктория полулежала на кровати с приподнятым изголовьем. Ее лицо выглядело на удивление спокойным, хотя бледность еще не до конца сошла со щек. Она молча смотрела работающий на стене телевизор, по которому шла какая-то новостная передача. Заметив движение, она повернула голову.

— Можно? — обратился я к ней, переступая порог.

Увидев меня, она искренне улыбнулась, и в ее глазах появилось оживление.

— Виктор, — произнесла она, выключая телевизор пультом, который держала в руке. — Проходи, конечно.

Я вошел в палату, пододвинул стоявший у стены удобный стул поближе к ее кровати и присел. Оглядел ее еще раз, оценивая состояние профессиональным взглядом. Мониторы у изголовья показывали стабильный пульс и ровное давление.

— Привет, ты как? — спросил я.

— В порядке. Держусь, — она пожала плечами, насколько ей позволяло положение. — Ты-то как? Не каждый день на тебя, наверное, нападают двойники.

— Не каждый, — согласился я, мягко улыбнувшись. — Но некоторым вещам свойственно иногда случаться впервые.

— И не говори, — она тоже улыбнулась в ответ.

Какое-то время мы просто молчали, давая друг другу время привыкнуть к спокойной обстановке после всего пережитого безумия. Затем Виктория чуть подалась вперед, внимательно посмотрев на меня.

— Так что, говоришь, никакой родовой магии у тебя нет? — она хитро улыбнулась, вспоминая наши прошлые разговоры и то, что она видела собственными глазами в Актовом зале.

— Родовой нет, — сказал я абсолютно серьезно.

Ее улыбка слегка померкла, сменившись искренним недоумением.

— А что это тогда было?

— Приобретенное.

Она широко распахнула глаза, на мгновение забыв о своей травме.

— Ты… это… это же запрещено! — выдохнула она, инстинктивно понизив голос, словно нас могли подслушать даже в этой пустой индивидуальной палате. — Тебя ж в Инквизицию должны были сдать, если ты обрел магию незаконным методом!

— Знаю, — я кивнул, подтверждая ее слова. — Но вчера я прошел регистрацию и получил лицензию мага, так что теперь я полноправный член магического общества. Думается мне, что в качестве награды за спасение множества жизней Император смиловался и сделал мне такого рода вот презент.

Мои слова были немного приукрашены, естественно. Ну, не буду же я Виктории рассказывать всю подноготную. Рассказывать о том, что во мне Император видит удобное, нестандартное оружие, которое когда-то, вероятно, планирует использовать в своих политических или силовых интересах. Мне этого хотелось меньше всего, но когда встанет вопрос — тогда и разберусь. Сейчас главное, что я нахожусь на свободе, обладаю официальными документами, и моим близким не угрожает опасность со стороны государства.

— Император?.. — еще больше удивилась она. В ее голосе прозвучало неподдельное потрясение. Для обычного человека, пусть и высококвалифицированного врача, упоминание самодержца в таком бытовом контексте звучало как нечто нереальное. — В каком смысле?