Книга Архитектор Душ Х, страница 113 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Вся их былая ненависть к этому человеку, все прошлые обиды окончательно стерлись, потеряв всякий смысл перед лицом угрозы. За последние месяцы Виктор стал для них не просто тюремщиком, а защитником. Стеной, закрывающей их от безумия этого мира. И сейчас они видели, как эта стена рушится.

Они били по преграде снова и снова. Алиса плакала в голос, слезы катились по ее щекам, оставляя мокрые дорожки.

— Мы верим в тебя! — надрывалась рыжая, прижимаясь лбом к холодному барьеру. — Ты же сильный! Ты должен победить! Пожалуйста, Виктор, не отдавай ей себя!

— Борись, Виктор! — вторила ей Лидия, сжимая кулаки и снова нанося удары по стеклу. — Ты маг ранга «А»! Ты сильнее этой твари! Сражайся!

Они кричали, вкладывая в свои слова всю свою надежду, всю свою искренность и веру в него. Им казалось, что если они будут кричать достаточно громко, если вложат в эти призывы достаточно эмоций, то смогут пробить этот барьер. Смогут передать ему хоть каплю своих сил.

Но по ту сторону ничего не менялось.

Виктор стоял, плотно зажмурив глаза. Его лицо исказила гримаса колоссального, запредельного внутреннего напряжения. Желваки ходили на его скулах, но он не оборачивался. Он не вздрогнул ни от одного их удара по стеклу, не открыл глаз, чтобы посмотреть в их сторону.

Черная пленка продолжала неумолимо ползти вверх. Она уже сковала его торс, охватила плечи и начала подбираться к шее, удушая его в своих липких объятиях.

Девушки продолжали кричать, срывая голосовые связки, умоляя его держаться. Они били по стеклу до тех пор, пока костяшки пальцев не начали неметь от боли. Но толстое, одностороннее астральное стекло безжалостно поглощало каждый их звук.

* * *

Последний слог древнего заклинания сорвался с губ Шаи и растворился в холодной тишине леса. Ритуал был запущен. На энергетическом уровне процесс уже шел, шестерни мироздания пришли в движение, и теперь от нее больше ничего не зависело.

Эльфийка замолчала. Почувствовав внезапную, свинцовую тяжесть во всем теле, она медленно опустилась на сырую землю прямо у границы соляного круга.

Ее пальцы мелко дрожали. Шая опустила взгляд на свои руки, глядя на эту дрожь с легким отчуждением. Она потянулась к открытому рюкзаку, лежащему рядом в траве, и нащупала на дне старые деревянные четки. Вытащив их, она принялась монотонно перебирать гладкие бусины, просто чтобы дать рукам хоть какое-то механическое занятие.

Она дрожала от страха.

Но это был страх не за себя. За свою долгую жизнь, за годы работы оперативником Особого Отдела МВД, Шая смотрела в глаза смерти столько раз, что давно перестала ее бояться. Она была готова умереть в темных переулках во время облав, в подвалах сектантов, под пулями контрабандистов. Но мироздание словно издевалось над ней, каждый раз подкидывая новый шанс, оставляя в живых там, где, по законам логики и вероятности, выжить было невозможно. Ее собственная безопасность давно перестала быть для нее приоритетом.

Шая боялась того, что прямо сейчас разворачивалось перед ее глазами. Она боялась неизбежного.

Она боялась, что Громов не справится. Что он не сможет сдержать Тень.

В центре круга, прямо над медной чашей с сырыми потрохами, висел сгусток абсолютного мрака. И он рос. Медленно, но уверенно черный шар увеличивался в размерах. Он питался негативной энергией, которая высвобождалась по мере того, как древняя магия пыталась разорвать тугой узел, связывающий три человеческие души. Шар наливался плотностью, готовясь в любую секунду выйти из-под контроля.