Книга На эту и на ту набью тебе тату. Том 2, страница 117 – Игорь Алмазов

Логотипы я не рисовал ни разу в жизни. Но тем интереснее!

— Хорошо, — кивнул я. — Покажи, что именно за украшения.

Вика пролистала фотографии. Украшения были выполнены в минималистичном стиле, и выглядели очень изящно.

— Раз стиль такой, — рассудил я. — То и логотип должен быть ему под стать. Никакой вычурности. Тонкая линия, чистое пространство, простой символ.

Я набросал первый вариант — изящный изгиб линии, складывающийся в инициал. Затем второй — стилизованную каплю, намёк на серьгу, обрамлённую тонким кольцом. И третий — лаконичный знак из переплетённых линий, наводящий на мысль о ручной работе.

Минут за сорок я закончил все три. Вика внимательно наблюдала, изредка говорила свои подсказки.

— Так, — произнесла она. — Это просто… Артём, это бомба. Я думала, ты что-то простенькое накидаешь, а тут хоть сейчас в дело. Да за такое дизайнеры тысячи берут!

— Рад, что угодил, — улыбнулся я.

— Клиентка с ума сойдёт от счастья, — заверила Вика, фотографируя эскизы. — И это отлично пойдёт в оформление её сообщества. Спасибо, Артём!

Она наградила меня поцелуем в щёку и упорхнула. А я продолжил работу.

* * *

Вечером я отправился к Ларисе Петровне.

Предстоял последний сеанс работы над её портретом. Там оставались только финальные штрихи, те самые блики и акценты, которые отличали законченную работу от просто хорошей.

Хозяйка встретила меня, как всегда, в шёлковом халате и при полном параде.

— Артём, здравствуй! — пропела она. — Вот и ты. Я уж заждалась вся. Признаться, мне будет недоставать наших сеансов.

— Сегодня, полагаю, мы закончим, — ответил я. — Портрет почти готов.

Лариса Петровна заняла своё место у окна, и я взялся за кисть. Работал я сосредоточенно, нанося последние мазки. Мягкий блик на плече, тёплый отсвет на скуле, глубину в глазах. Лицо я выписал благородным, но честным, без грубой лести. И всё же таким, в каком любая женщина узнала бы себя в лучший её час.

Лариса Петровна, по обыкновению, не молчала.

— Знаешь, Артём, — протянула она. — А ведь я буду скучать. С тобой так интересно. Может, останешься сегодня на ужин? У меня повар чудесно готовит, можем хорошо провести время…

В голосе её звучало то, что я уже не раз слышал. И на что давно научился отвечать вежливым отказом.

— Благодарю за приглашение, — ответил я. — Но вынужден отказаться. У меня на сегодня ещё запланированы дела. Голову чуть правее, будьте добры. Вот так, замрите.

Она вздохнула, но настаивать не стала. За эти недели она, кажется, уже поняла, что я на это не куплюсь. И принимала мою сдержанность с долей уважения.

Ещё пара часов кропотливой работы, и я отступил на шаг, оглядел полотно целиком. Готово. Портрет красивой женщины был завершён.

— Можно взглянуть? — нетерпеливо спросила Лариса Петровна.

— Прошу, — отступил я.

Она поднялась, накинула халат и подошла к картине. И застыла. Долго стояла молча, всматриваясь в каждую черту.

— Как же красиво, — тихо сказала она. — Это… это лучшее, что у меня есть. Я и не думала, что ты нарисуешь меня… такой. Ты настоящий мастер, Артём, я в тебе не ошиблась.

— Я написал то, что увидел, — ответил я. — Не больше.

— Подпишись, — попросила она. — Внизу, в углу. Я хочу, чтобы стояло твоё имя.

Я взял тонкую кисть, обмакнул в краску и в нижнем углу холста вывел свою подпись «Артём Краснов». Чужое имя, ставшее моим. Когда-то давно я также подписывал портреты, только совсем другим именем. Игорь Ларин.