Книга На эту и на ту набью тебе тату. Том 1, страница 55 – Игорь Алмазов

Видимо, это умение переехало вместе со мной.

* * *

Следующий клиент на консультацию не пришёл. Написал мне в сообщения сообщества «Извините, не смогу сегодня, можно перенести на завтра?» Я ответил, что можно, и записал его на утро субботы.

Всё-таки хорошо, что ситуация с хозяином мастерской решилась именно так. По итогу оба сегодняшних клиента отменились, и сумма осталась бы неизменной. А так я даже смог использовать тот факт, что он пришёл раньше обговоренного срока.

Раз уж зашёл в сообщество — заодно выложил фотографию сегодняшней работы у П. П. и подписал «В процессе». Ответил на ещё два сообщения — два человека записались на консультацию на понедельник. Посмотрел расписание самого Артёма. В принципе, больше клиентов особо и не было, на следующей неделе только в среду записана какая-то Аня. Ну, значит дальше буду своими силами.

Потом немного посидел над финансами. Прямо финансовый советник Императора! Только не казной заведую, а собственными сбережениями. Пятьдесят тысяч на обучение надо было найти срочно. И это проблема…

Так, ещё деньги на заключение договора по вывозу игл, ещё смена поставщика. Голова кругом!

По всему получалось, что нужно ещё больше клиентов. Хотя это и до всех этих расчётов было понятно. Знать бы ещё, где их столько взять.

Отложив записную книжку, я снова взялся за латекс и тату-машинку. Нужно освоить тени.

Они давали объём, ощущение веса и материала. Именно они превращали рисунок в предмет.

В живописи я умел работать с тенью превосходно. Тридцать лет при дворе, сотни портретов. Я знал, как свет падает на лицо, как тень ложится под скулой, как меняется глубина в зависимости от угла. Но кисть и игла — это разные инструменты. То, что работает на холсте, не всегда работает на коже.

Я начал с простого. Взял небольшой участок искусственной кожи, нанёс контур прямоугольника и начал заполнять тень. Магнум-игла, которую я специально изучил по видео-урокам в чате тату-мастеров, давала мягкий переход. Главное было не давить слишком сильно и не задерживаться на одном месте.

Первая попытка вышла неровной. Тень была слишком тёмной с одной стороны и почти исчезала с другой.

Вторая попытка уже лучше. Переход стал плавнее, но края смазались.

Третья ещё лучше.

Я тренировался почти три часа. Рука привыкала к новому движению, не линия, а штриховка, не контур, а заполнение. Принцип тот же, что и в живописи, от светлого к тёмному, от края к центру, не торопиться.

Через три часа я остался более менее доволен результатом. Уже лучше, можно браться за эскизы посложнее. В будущем надо изучить и другие стили, чем больше стилей татуировок я буду знать — тем больше будет клиентов.

* * *

В половине шестого вечера в мастерскую снова пришёл Дорохов. Без звонка, без предупреждения, просто открыл дверь и вошёл.

Я уже начал подозревать, что он принципиально не стучит, чтобы застать врасплох. Старая тактика, при дворе часто так делали. Мол забыл постучать, а на деле — расчётливый ход.

— Добрый вечер, Артём, — оглядевшись по сторонам, поздоровался он.

— Добрый, Максим, — в тон ему ответил я. — Если вы не в курсе, то ко мне принято стучать.

— Забыл, — хмыкнул он. — Бывает.

Явно не забыл, но спорить сейчас бесполезно. Я выжидательно посмотрел на него. Он скользнул взглядом по мастерской, остановился на плане эвакуации.