Книга На эту и на ту набью тебе тату. Том 1, страница 128 – Игорь Алмазов

Объём остального материала не маленький, но меня это не пугало.

— Есть ли у вас вопросы по программе? — спросил Морозов.

— Нет, мне всё понятно, — ответил я. — Спасибо.

— Сдадите все экзамены, принесёте документы, и официально сможете считать себя второкурсником, — усмехнулся директор. — Правда, ещё с практикой вам надо вопрос будет решить. Но об этом позже.

— Всего доброго, — кивнул я.

Значит, первый экзамен будет по анатомии. Значит, надо готовиться ещё усиленней. Верещагин говорил, что мастерство строится не талантом, а повторением. «Гений рисует хорошо один раз из десяти. Мастер рисует хорошо девять раз из десяти. Разница в количестве часов, а не в количестве дара».

К учёбе его слова тоже подходили. Я убрал список и вышел из колледжа на улицу.

* * *

После колледжа я приехал в свою мастерскую. Михаил вчера говорил, что мне надо найти свидетелей. Реальных людей, которые у меня были, и смогу рассказать, что в студии у меня чисто.

Пока что он сказал, что будет достаточно их письменных показаний. Нужно было, чтобы они отправили их в электронном виде на его адрес.

Поэтому по пути в мастерскую я думал, кого именно попросить дать эти показания.

И первым я позвонил Борису Михайловичу. Тот самый физик, консультант на кафедре с болезнью Паркинсона. Он ответил мне почти сразу.

— Добрый день, Артём Сергеевич, — поздоровался он. — Татуировка зажила просто отлично, спасибо вам.

— Рад это слышать, — ответил я. — Но я звоню вам по другому поводу.

Я объяснил суть проблемы, что мастерская закрыта по жалобам с поддельными фотографиями, идёт обжалование, юрист просит свидетельства от клиентов. Борис Михайлович выслушал, не перебивая, очень внимательно.

— С вашим талантом не мудрено, что у вас есть завистливые конкуренты, молодой человек, — заметил он. — Что ж, я отправлю свои показания на нужный адрес. Напишу, что в вашей студии был идеальный порядок. А более понимающего и талантливого мастера в принципе не найти в Саратове.

Это было очень приятно слышать.

— Благодарю вас, — сказал я. — Спасибо, что согласились помочь.

— Это справедливо, — заметил он. — Вы сделали мне хорошую работу. И мне порою кажется, что болезнь стала меня теперь чуть меньше беспокоить. А несправедливость мне всегда не нравилась. Пришлите контакты вашего юриста, я всё сделаю.

Я пообещал прислать и повесил трубку.

При дворе люди науки держались особняком от придворных интриг. Они могли позволить себе не участвовать во всём этом, потому что их ценили за другое. Борис Михайлович был именно таким. Ценный союзник.

Я отправил ему контакты Михаила, и набрал следующий номер. Лены, медсестры из поликлиники.

— Привет, — сразу же ответила девушка. — Что случилось?

Повторно рассказал всю историю.

— Вот сволочи! — сердито воскликнула девушка. — Я же была у тебя, всё чисто, всё по стандартам. Я сама медицинский работник, так что кое-что в таких вещах понимаю.

— Ты сможешь отправить свои показания? — спросил я.

— Конечно, — заверила Лена. — Всё было строго, одноразовые расходники, перчатки, обработка поверхностей. Я, если честно, удивилась, не ожидала такого от маленькой студии в подвале. Всё напишу!

— Спасибо, — улыбнулся я.

Третьим в моём списке потенциальных свидетелей был Илья. Он всё ещё был мне должен за всю ситуацию с моноклем. Из-за которой теперь на мне ещё и штраф наложен, помимо всего прочего.