Книга Лекарь Его Величества. Том 4, страница 111 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Подуспокоили, — улыбнулся Колесов. — Я не откажусь, вы не думайте. Я уже пообещал. Просто надо что-то сделать с тревогой. А то ощущаю себя как студент, только-только выпустившийся из академии.

— Для этого могу порекомендовать хорошую настойку, — ответил я. — Я изучал этот препарат для своего алхимического магазина, и эффект довольно хороший.

Я взял бумажку и расписал хирургу способы применения настойки из ромашки и мяты. Сам он наверняка имел о ней только косвенное представление, потому как сфера его деятельности была связана с хирургией. Вот любые хирургические препараты он знал назубок. А психологические — сомневаюсь.

Колесов с благодарностью принял у меня рецепт и пообещал обязательно купить настойку. Затем мы до конца обсудили все детали и расстались до пятницы.

По пути в следующий пункт назначения я скинул СМС-сообщение Егору с датой операции. По графику он пообещал, что сам разберётся со своими коллегами-продавцами. Я решил в это дело не лезть, пусть берут смены так, как им будет удобнее.

Следующим пунктом назначения был полицейский участок. И прямо на входе я столкнулся с Сергеем Станиславовичем.

— Николай, — произнёс он, — значит, моего сына всё-таки схватили?

Непонятно, с какой целью он это спрашивал, если только что вышел из участка, где наверняка всё узнал и сам.

— Да, — кивнул я. — Его взяли с поличным прямо в подпольной лаборатории, которая располагалась на территории нашей академии.

— И вы принимали в этом участие, — то ли спросил, то ли сказал он.

— Принимал, — не стал отрицать я. — Я помог полиции выследить местонахождения этой самой лаборатории.

Сергей Станиславович помолчал какое-то время, опустив взгляд вниз. Затем поднял его на меня, и я увидел в его взгляде лютую ненависть.

— Мой сын не виноват, — проговорил он. — Вы могли бы обратиться ко мне! А не сажать его сразу в тюрьму!

Теперь понятно, к чему был этот разговор с самого начала. Преподаватель алхимии решил упрекнуть меня в проступках своего сына.

— Ваш сын — один из изготовителей запрещённых зелий, а также их распространитель, — ответил я. — К сожалению, виноват определённо он. Так что мне надо было решить этот вопрос, а не искать вас непонятно для чего.

— Когда у вас появятся свои дети, вы поймёте, какого это, — проговорил он. — Когда твоего ребёнка сажают в тюрьму, Николай, это самое ужасное чувство на свете.

Я заглянул в его психоэмоциональный фон и увидел там яркую смесь грусти и гнева. Но не решился ничего менять, это были его эмоции, и ему же надо было их пережить.

— Жаль, что всё так сложилось, — отозвался я. — Но я сделал то, что было нужно.

Сергей Станиславович ничего не ответил, лишь развернулся и медленно пошёл прочь. Казалось, что он резко постарел лет на десять.

Теперь точно стало ясно, что больше никакого сотрудничества по поводу научных работ у нас не будет. Да и в целом его отношение ко мне теперь явно изменится.

Я вздохнул и отправился в полицейский участок. Мне нужно было узнать, как продвигаются сразу два дела. Дело с подпольной лабораторией и дело с моим заводом и Тимофеем.

За последнее время в участке мне приходилось бывать чаще, чем хотелось бы. Для разговора я сразу направился к майору Фёдорову.

— Добрый вечер, Валерий Иванович, — кивнул я майору. — Я пришёл узнать, как продвигаются дела. Удалось что-нибудь выяснить про начальство тайной лаборатории?