Книга Лекарь Его Величества. Том 1, страница 110 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Понял, — кивнул я. — И в чём дилемма?

— Вы, Владимир, находитесь на грани, — объяснил преподаватель. — Один вопрос отделяет вас от сдачи теста. Но один из ваших вариантов заставил меня кое о чём задуматься. Потому что я помню с младших курсов, что мыслите вы неординарно.

Владимир побледнел ещё больше, но ничего не ответил.

— Итак, перечислите, пожалуйста, мне железы внешней секреции, — попросил Павел Фёдорович.

— Половые, слюнные, слёзные, молочные железы, — чуть заикаясь, ответил друг. — А также поджелудочная железа и половые железы.

Кажется, я понял, что имел в виду преподаватель. Железами внешней секреции называются те, которые выделяют секрет во внешнюю среду. В то время как у желёз внутренней секреции нет выводных протоков наружу, и они выделяют вещества прямиком в кровь.

Но поджелудочная железа и половые железы являются железами смешанной секреции, которые выделяют продукты и в кровь, и в наружную среду.

И мой друг решил причислить эти железы и к внешним, и к внутренним. Философский вопрос получается, с одной стороны он прав, а с другой — ошибается.

— Вижу по глазам, вы уже догадались, куда я веду? — спросил у меня Павел Фёдорович.

— Да, прямо-таки философский вопрос получается, — усмехнулся я.

— Простите, но я не понял, — выдавил из себя Владимир.

— Перечислите теперь железы внутренней секреции, — попросил преподаватель.

— Гипоталамус, гипофиз, эпифиз, щитовидная и паращитовидные железы, надпочечники, тимус, — начал перечислять Владимир. — И снова поджелудочная железа и половые железы.

— А как ещё называют поджелудочную железу и половые железы? — уточнил Павел Фёдорович.

— Железами смешанной секреции, — тут же ответил друг. — Поэтому они относятся и к внешним, и к внутренним.

Один из вопросов моего теста, а теперь, как выяснилось, и теста Владимира как раз был о перечислении желез внешней секреции. И друг, разумеется, написал туда же и смешанные железы. Пользуясь своей непробиваемой логикой.

— Что скажете, Николай? — обратился ко мне Павел Фёдорович. — У вас лучший результат в классе, и я думал поставить вам экзамен автоматом, без второго этапа. Но если признать, что ваш друг Маврин прав, то у вас автоматически появится ошибка. И второй этап сдавать придётся.

— Я считаю, мы оба правы, — спокойно ответил я. — Просто логика разная. Но вас, думаю, такой ответ не устроит.

— Правильно думаете, — кивнул преподаватель. — Правильный ответ должен быть только один, это же тест.

— В таком случае, правильный ответ у Владимира, — не колеблясь, заявил я.

— Вы уверены, Аверин? — уточнил Павел Фёдорович. — Признаёте, что прав друг, чтобы ему хватило баллов для прохождения порога?

— Именно, — кивнул я. — Вы и сами ответили на свой вопрос.

— И тогда вам придётся сдавать второй этап вместе со всеми, — снова уточнил преподаватель.

— Если у меня всего одна ошибка в тесте, не думаю, что я не справлюсь, — усмехнулся я в ответ.

— Что ж, это достойно уважения, — признал Павел Фёдорович. — В таком случае, вы оба прошли. Дожидайтесь в коридоре с остальными.

Мы вышли в коридор, и Владимир накинулся на меня чуть ли не с объятиями.

— Не до конца понял, что там сейчас произошло, но, кажется, ты опять меня спас, — заявил он. — Спасибо!

— И как ты каждый раз умудряешься вляпаться в такие ситуации? — наигранно вздохнул я в ответ. — Логика у тебя прямо-таки убийственная.