Книга Мечников. Том 5. Избранник бога, страница 71 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Мой черёд, — заключил Сеченов. — Тебя уже током ударили, Алексей. Теперь — моя очередь.

Иван Сеченов скинул с себя рубашку и лёг на кушетку. А мастер Захаров тут же взялся прикреплять к нему электроды. Мне пришлось несколько раз корректировать его. Одно дело запомнить правило «Каждая Женщина Злее Чёрта», и совсем другое — научиться правильно располагать электроды между рёбер.

С моей помощью все шесть грудных отведений были распределены на грудной клетке Сеченова, а затем… мы повернули рубильник. Иван тут же вздрогнул.

— Током ударило? — уточнил я.

— Нет, просто испугался, — признался он.

Интересно всё-таки работает этот электрический кристалл. Проводит ток в обе стороны. В моём мире получить электрический удар от ЭКГ было абсолютно невозможно. Здесь же можно ожидать чего угодно от любого аппарата, который я не собирал собственноручно.

— Смотри, Алексей, кажется, что-то получается! — воскликнул Захаров. — Теперь на бумаге совсем другой результат!

Я взглянул на бумагу и понял, что вижу привычную мне распечатку ЭКГ.

— Продолжаем! — скомандовал я. — Иван, лежи спокойно. Не разговаривай, дыши поверхностно. А ещё лучше — просто расслабься. Будто ты на берегу реки лежишь. Всё получается, как надо!

Вот они! Зубцы, которые сообщают о состоянии сердца. Зубец «P», который показывает проводимость импульса в предсердиях. Следом за ним комплекс «QRS», форма которого говорит о состоянии желудочков. Дальше ещё один интервал и зубец «T». Объяснить смысл этих чёрточек другим людям будет очень сложно.

Хотя я уверен, что Сеченов быстро вникнет в суть дела. У него-то мозгов для этого точно хватит.

Я внимательно рассмотрел распечатку, которую удалось извлечь из аппарата после полного обследования сердца Сеченова. И сделал вывод, что… Не всё так гладко, как хотелось бы.

— Ну что там? — спросил Сеченов, одеваясь. — Получилось? Здоров, как бык?

— Практически, Иван, — сказал я. — Но отклонения всё же имеются. Неполная блокада обеих ножек пучка Гиса.

— Э-э-э… Чего? — нахмурился он.

Точно… Он ведь понятия не имеет, о чём идёт речь! Сработали мои старые привычки. В ЭКГ я всегда хорошо разбирался, поэтому на автомате выдал результат.

— Ничего критичного здесь нет, Иван, — ответил я. — Блокада, если ты пока не в курсе, это локальное нарушение проводимости. Вот такая проблема у тебя имеется с двух сторон. И в правом желудочке, и в левом. Единственное, что я могу порекомендовать, не подвергать себя резким физическим и эмоциональным нагрузкам.

— А… — замялся Сеченов. — А лекарским путём это заболевание как-то можно исправить?

Хороший вопрос. Но лгать Сеченову я не стану.

— Скажу честно, Иван, я не знаю. Мы можем попробовать чуть позже. Беспокоиться из-за своего здоровья тебе точно не стоит. Как я уже и сказал, эти блокады могут проявить себя только в том случае, если ты себя сильно перенапряжёшь.

— Ра… РАБОТАЕТ! — проорал Максим Захаров. — Работает, да? Я справился?

— Несомненно, Максим, — улыбнулся я и пожал руку Захарову. — Добро пожаловать в команду. Не беспокойся, мы твоё изобретение не украдём. Уже сегодня начинай готовить чертежи. Через пару недель будет готов патент. Может, даже быстрее. Долю разделим на троих. Устроит тебя такое?

— Разумеется! — воскликнул он. — Правда… Я пока даже не понимаю, какие деньги мы получим за это изобретение.