Книга Мечников. Том 4. Открытие века, страница 70 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Нам нужен лакмус, господа, — сказал я. — Он понадобится для производства пенициллина, чтобы поддерживать идеальную кислотность. Кто-то тут упрекал меня в сотрудничестве с Сеченовым? Так вот скажу прямо — Сеченов споткнётся. Когда его плесень перестанет выживать и выделять все необходимые вещества для создания пенициллина, он поймёт, что у него имеются недочёты. Вот только будет уже слишком поздно.

— Алексей, ты уж прости, что перебиваю, — вмешался Ярослав Мечников. — Но что такое лакмус? Я впервые слышу это понятие.

Быстро же мой брат-академик втянулся в вопросы производства. Но я очень рад, что он решил обеспечить нам взаимную выгоду. С братом мне бы враждовать очень не хотелось. Да чего уж там, я и на отца не держу обиду за изгнание. Сразу видно, что он — хороший человек. Продолжает присылать письма, предупреждает, интересуется благополучием своего сына.

Пусть лучше и дальше думает, что я всё тот же непутёвый Алёшка Мечников. Возвращаться в род я пока не желаю.

— Если вопрос интересует только Ярослава, остальных я задерживать не стану, можете быть свободными, — сказал я.

Однако никто даже не подумал подняться. Всем было интересно узнать, зачем мне понадобилась капуста в промышленных масштабах.

— Ладно, я ценю вашу любознательность, — улыбнулся я. — Что ж, тогда, раз все захотели остаться, позвольте, я прочитаю вам небольшую лекцию. И первый вопрос — какая на вкус вода?

Судя по выражению их лиц, все присутствующие удивились от моего вопроса ещё сильнее, чем от факта закупки капусты.

— Ну, если вы про воду на окраине Хопёрска, Алексей Александрович, — сказал Синицын, — там она на вкус, как тухлое яйцо. Видимо, из-за болотистой местности.

— Я говорю про обычную чистую воду, которую подают в ресторанах, к примеру, — уточнил я. — Как она на вкус?

Этот вопрос оказался сложнее, чем они думали. Никто не мог дать вразумительного ответа. И в то же время в их недоумении и крылся самый главный ответ на этот вопрос.

— Всё верно, господа, — кивнул я. — Вкуса у неё нет. По крайней мере, наши вкусовые рецепторы не способны как-то отличить его от других известных нам вкусов. Однако я бы описал его предельно просто. Этот вкус нейтральный. Это — золотая середина.

— Так к чему вы это ведёте? — спросил Игорь Лебедев.

— Все присутствующие здесь — дворяне, — подметил я. — Значит, каждый из вас получал образования и хоть как-то сталкивался с математикой. И с графиками. Верно? Все ведь могут представить линию, где есть «ноль», а от него в две стороны отходят стрелки?

— Да, — хором ответили члены моего совета.

— А вот теперь представьте, что вода — это ноль. Середина графика, — сказал я. — Только вместо ноля там будет стоять другое число. Скажем так… Примерно семь с половиной.

— И что же оно означает? — нахмурился Александр Щеблетов.

— Кислотность, — коротко ответил я. — В мире химии есть свои собственные «плюс» и «минус». Плюс — это кислые вещества. Минус — щелочные. Вода в этом графике — это середина между плюсом и минусом. К примеру, все когда-нибудь пробовали лимон?

Члены совета молча кивнули.

— Вот он — кислый. Тут, я думаю, объяснения излишни, — сказал я. — Идеальным примером «кислости» может послужить азотная кислота, которую я заказал для производства. Однако, думаю, никто не станет пробовать её на вкус. А если и появится желание, я вам категорически не советую этого делать. Умрёте или же получите травмы, несовместимые с жизнью.