Книга Мечников. Живое проклятье, страница 55 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Ты вчера принял всех оставшихся пациентов? — спросил я.

— Да, всех до единого, клянусь! — воскликнул Эдуард. — И твоих, и Синицына. Даже Василия Ионовича Решетова уговорил уйти пораньше. Принял его больных тоже.

— Ну уж из-за Василия Ионовича я точно больше на тебя зла держать не буду, — улыбнулся я. — Всё, Эдуард. Забыли! Как и договаривались, начнём с нуля. А теперь заходи в здание, пока сам не простудился.

— Я не уточнил кое-что… — замялся он. — Одному твоему пациенту, Алексей, я почему-то очень уж не понравился. Он отказался от консультации и сказал, что придёт к тебе снова.

— Что ж, бывает такое, — кивнул я. — Пусть приходит, я с ним сюсюкаться не стану.

— Так… Он уже пришёл. Сидит внутри — на лавочке около твоего кабинета. На мой взгляд, абсолютно здоровый мужик. Но ты с ним поаккуратнее, Алексей. Кажется, он лично знаком с бароном Елиным. Мало ли, каких жалоб на нас накидает! Кораблёв потом замучается отписываться да штрафы платить.

— Не переживай, общий язык с людьми я находить умею, — сказал я и прошёл в фойе амбулатории.

— Ну наконец-то! — прокричал седовласый мужчина и скинул с себя козырёк. — Сколько я должен вас ждать, господин Мечников? Сутки! Уже почти сутки прошли, а вы меня так и не приняли!

Мужчина лет пятидесяти был готов порвать меня, если бы его не останавливали законы и правила приличия. Судя по поведению, он не был крестьянином. То ли мелкий аристократ, то ли обычный гражданин, обладающий рядом связей.

— Спокойно, не стоит ругаться с лекарем, — предупредил его я. — Проходите в мой кабинет, там всё и обсудим.

Мужчина что-то недовольно прокряхтел за моей спиной, но я решил проигнорировать его ворчание. Как только мы оба оказались в комнате для осмотра, я закрыл дверь и надел свой белый халат, который на фоне других лекарей пока что смотрелся крайне чудаковато.

— Как вас зовут? — спросил я.

— Прохор Николаевич Шубин, — произнёс он.

Ну, судя по его манере держатся — это точно дворянин. Скорее всего, такой же, как я или Андрей Бахмутов. Изгнанник, последний в роде или кто-то, кто оказался в похожей ситуации. Других аристократов в Хопёрске нет и быть не может.

— Поймите, Алексей Александрович, я не просто так напрашивался именно к вам! Анатолий Васильевич очень уж лестно о вас отзывался… — заявил Шубин.

— Анатолий? Шацкий, что ли? — спросил я. — Художник?

— Он самый! — кивнул мужчина, поправляя, упавшие на лицо седые волосы. — Я скупаю почти все его картины. Очень выдающийся молодой человек. Точно так же он отзывался и о вас.

— Приятно это слышать, — ответил я. — Рассказывайте, что вас беспокоит, господин Шубин?

— Ноги немеют, хромаю постоянно, — сказал он. — Представляете, какой позор? Несколько раз упал по дороге сюда! И дело вовсе не в гололедице. Меня ноги уже не держат. Болят они очень сильно, особенно в районе бёдер. Нет сил больше на них держаться, хоть с кровати не вставай!

— Та-а-ак! — протянул я. — Любопытно, покажите, пожалуйста, свои ноги. Снимите штаны.

Шубин помялся, но всё же решил меня послушаться. Через пару минут его штаны упали на пол. Снимал их пациент очень долго. Уж больно сильно ему мешала боль в области тазобедренного сустава, бедра и колена.

Я внимательно осмотрел его ноги и отметил для себя очень яркий симптом.