Книга Мечников. Живое проклятье, страница 42 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Сделайте, что должны, господин Мечников. Я вашей доброты никогда не забуду. Обязательно вам отплачу — только сохраните мне жизнь! Прошу!

Я собрался с силами, положил левую руку на обнажённую плечевую кость судьи и заставил её распасться. Устинов не почувствовал, что случилось. Видимо, все нервные волокна уже давно сгорели. Я вырвал остатки костей, а затем извлёк из воды культю руки Устинова.

Повезло… Огонь прижёг сосуды. Кровотечения нет. Но печать ушла вместе с левой рукой. Мы только что использовали ту же хитрость, что и покойный Сухоруков.

— Не смотрите! — приказал я. — Константин Викторович, не рекомендую вам смотреть на руку!

— Да… Я и так прекрасно понимаю, что там, — болезненно усмехнулся он. — Нет больше руки. Но зато я жив. Жив, господин Мечников…

Лицо судьи неожиданно изменилось. Он жутко ухмыльнулся, после чего произнёс:

— Зато Рокотов обманут. Теперь он думает, что я мёртв. Проклятый идиот… Мерзкое подобие дворянина! Пусть думает, что…

И Устинов, так и не договорив до конца, потерял сознание. Не сложно догадаться, почему это произошло. До этого момента боль он испытывал невероятную. Сильный мужчина. Не каждый сможет выдержать, когда его рука сгорает вплоть до почернения костей.

— Алексей! Живой? — послышался крик Синицына снаружи.

Я поднял голову и увидел физиономию Ильи.

— Да! Нашёл источник возгорания! — крикнул я. — Со мной тут один пострадавший. Как обстоят дела с церковью? Щеблетов её…

— Щеблетов свою часть сделки выполнил, — хмыкнул Александр, заглянув в колодец. — Ну что, господин Мечников, теперь-то вы готовы сойтись на процентах «пятьдесят на пятьдесят»?

— Да пошёл ты! — рявкнул я. — Илья, врежь этому ублюдку! Пусть валит отсюда назад — в Саратов.

— Стойте! Ладно-ладно! — сдался Александр, когда услышал звон металла.

Видимо, Синицын, ко всеобщему изумлению, всё же достал из ножен саблю. Не ожидал от него такого. Мне казалось, что он готов пойти на что угодно ради денег, но с высокопоставленными людьми спорить не станет. Тем более, Щеблетов зарекомендовал себя его приятелем ещё несколько лет назад.

Что ж, это очень приятно. Значит, Синицын действительно предан мне и нашему делу. А я долгое время сомневался, стоит ли доверять ему. Однако пока что он не нарушил своих обещаний ни разу.

— Вы с Мечниковым — непроходимые идиоты! — проорал Щеблетов. — Любой бы согласился на вашем месте. Но — нет! Вам же нужно свои условия протолкнуть. Хорошо, вы перебороли мою гордость. Так уж и быть — помогу вам.

И я почувствовал движение. Вода подо мной и судьёй Устиновым превратилась в лёд. А затем нас резко подняло вверх, будто на лифте. Похоже, магия Щеблетова, могла превращать в лёд даже воздух.

Оказавшись снаружи, я выкинул Устинова в снег, а затем выбрался наружу сам.

Передо мной сразу же появился лик Александра Анатольевича Щеблетова. Он напряжённо смотрел на меня своими голубыми глазами.

И тогда я протянул хитрому мерзавцу правую ладонь, после чего мы обменялись крепким рукопожатием.

— Вы спасли нас сегодня. Потушили пожар в Малиновке, — произнёс я. — Это заставляет меня думать, что вы — хороший человек. Однако доход от патента мы всё равно поделим, как договорились ранее. Но я могу поклясться, что лекарских зелий с моей стороны будет очень много. А денег мы заработаем… Миллионы. На троих.