Книга Гений медицины. Том 7, страница 107 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Письма с угрозами? — переспросил я. — Давно?

— Года два назад точно, — отозвался граф. — Аккуратно составленные, и подписанные им. Он хотел, чтобы я боялся.

Телешев залез в карман пиджака, и достал сложенный листок.

— Вот, последнее, — протянул он мне.

Я развернул лист и прочитал: «Ты думал, что всё сошло тебе с рук. Что ты построил свою жизнь на моих костях и никто тебя не накажет. Но скоро всё изменится. Думаю ты уже узнал, что такое настоящая боль. Осталось показать это же Долгорукову. На его юбилее».

— Это прямая угроза, — констатировал я. — И практически признание, что это он наслал на вас проклятие. Рак поджелудочной железы. Но почему вы не сообщили охране, не предупредили князя? Почему вообще этот приём состоялся в таком случае?

— Я предупредил, — ответил Телешев. — Это одна из причин, почему я приехал пораньше. Но князь решил, что это пустые угрозы. Что у него на входе лучшая охрана, и никто не пройдёт без пригласительных. В общем, отмахнулся от всего, сказанного мной.

Это было очень глупо с его стороны. Магическая опухоль у Телешева не была выдумкой. Непонятно, почему князь не поверил в угрозу.

— А почему вы не заподозрили проклятие, когда заболели? — продолжал уточнять я. — Ведь после таких писем это было бы логичным предположением.

— Я не знал, что он действительно будет мстить, — вздохнул граф. — Это моя оплошность, но я никак не связал эти события.

Это действительно было ошибкой. Если бы не моё вмешательство, граф Телешев бы умер. Из-за чужой мести.

— Вы сказали, что не знаете, как он сейчас выглядит, — вслух продолжил рассуждать я. — А ведь он тоже мог использовать артефакт, изменяющий внешность. Если он давно готовился к этому дню, то мог придумать что угодно.

Телешев побледнел.

— Я не подумал и об этом, — признался он. — А ведь у меня есть такой же артефакт! И у него он может быть… А это всё усложняет ещё сильнее. Что же нам делать? Он наверняка решит атаковать Долгорукова.

— Значит, надо остановить его, — просто ответил я. — Найти. Предупредить Долгорукова снова. Поймать этого Белина.

И перестать мне ходить на приёмы. Вот честно, сколько на них был — ничего хорошего не случалось.

Хотя полезные знакомства пару раз были. Например, на одном из приёмов я познакомился с Брусиловым Андреем Михайловичем, членом учёного совета. Именно так я и начал писать научные статьи.

Но плохого на этих приёмах всё равно случалось гораздо больше.

«Согласен, и люди здесь злые» — добавил Клочок. — «Я мог бы попробовать найти Белина по запаху, но вряд ли у Телешева найдётся его вещь».

— Письмо, — я так задумался, что случайно ответил вслух.

Телешев уставился на меня с недоумением.

— Что — письмо? — переспросил он.

— Могу ли я одолжить его на время? — ответил я. — Для одного дела.

— Пожалуйста, — он пожал плечами и протянул мне этот лист бумаги.

Я тут же положил его в карман к Клочку.

«Ну что, сможешь его найти?» — нетерпеливо и уже мысленно уточнил я.

«Смогу» — подтвердил он. — «Выдвигаюсь на поиски».

Как всегда он покинул мой карман максимально незаметно. Выскользнул как стрела, и побежал искать Белина.

— Мы остановим его, — вслух пообещал я графу. — Он не сможет навредить Долгорукову. И ответит за то, что навредил вам.

В этот момент вернулась Настя с бокалом яблочного сока.