Книга Гений медицины. Том 6, страница 96 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— В принципе неплохо, хотя я думал, будет лучше, — пожал он плечами. — Как бы осадочек остался. Но Маргаритка согласилась на предложение, и это самое главное.

— Рад за тебя, — искренне улыбнулся я. — Ещё раз поздравляю!

Он кивнул и отправился к пациентам. А ко мне подошёл Зубов.

— Оперённый птенец, боевое ли у тебя настроение? — поинтересовался он. — Готов и дальше просвещать народ на тему лекарской магии?

Кстати, после того как я официально стал врачом общение с Зубовым у нас стало более неформальное.

— Готов, — усмехнулся я. — Куда же без этого.

— Ну и отлично, — кивнул Михаил Анатольевич. — В общем, в моей седьмой палате появился интересный пациент, Макеев. Можешь показать его своей маленькой рыбке, диагноз я уже поставил, пациента предупредил.

Что-то в последнее время все бросились подкидывать пациентов для Арсения. Однако я не имел ничего против, наоборот, такое даже приветствовал. Чем больше разных случаев он изучит, тем лучше для него же.

Тем более что в перспективе я рассматривал его как кандидата для работы в собственной клинике. Правда, для этого ему нужны аспекты помимо патологоанатомического, но это решим со временем.

Я кивнул в знак благодарности, отыскал Арсения, и отправился с ним в седьмую палату.

Макеев оказался молодым парнем, двадцати лет. Судя по телосложению, явно занимается спортом.

— Доброе утро, — поздоровался я. — Меня зовут Константин Алексеевич, а это мой интерн, Арсений Сергеевич. Не будете ли вы возражать, если он вас осмотрит, и поставит диагноз?

— Осматривайте, — махнул тот рукой. — Только не говорите мне, что я дурак. И сам уже это понял.

Интригующее начало. Я кивнул Арсению, и тот принялся за опрос.

— На что жалуетесь? — стандартно начал он.

— Глотать больно. И изжога периодически, — просто ответил Макеев. — Вот и всё.

— Нарушения стула, боли в животе, тошнота? — перечислил мой ученик. — Что-то из этого присутствует?

— Нет, я же говорю, — отмахнулся тот. — Ничего такого у меня нет.

Арсений принялся за сбор подробного анамнеза. Я же не удержался, и сразу решил проверить Макеева магией. Ух, как сильно светится пищевод. Так, гастроэнтерологический аспект… Яркий эзофагит — воспаление слизистой оболочки пищевода.

Зубов был прав, достаточно необычное заболевание. Чаще страдает желудок, а здесь в желудке даже гастрита не было, зато пищевод воспалился довольно сильно. Осталось выяснить, чем пациент это спровоцировал.

Арсений тем временем думал как раз в сторону желудка, удивляясь, не получая ожидаемые ответы на некоторые свои вопросы.

— Тут дело не в желудке, — подсказал я ему. — Подумай немного в другом направлении.

— Пищевод? — сразу же догадался он.

— Верно, — мой ученик в очередной раз меня порадовал. Интересное это всё-таки занятие, самому учить кого-то. — Теперь надо найти причину.

Вредную пищу Макеев не принимал, по его словам он спортсмен, и придерживался диеты. Вредные привычки тоже отсутствовали.

Арсений задал, как ему казалось, все вопросы, и так и не нашёл причину.

— Лекарственные средства принимали какие-нибудь? — решил подключиться я. — Долгое время.

— Ибупрофен, — потупил Макеев глаза. — Плечо травмировал, а делать перерыв в тренировках не хотел. Вот и…

— Вот и результат, — подытожил я. — Лекарственно-индуцированный эзофагит. Принимать обезболивающие длительное время очень вредно для желудка.